Евгения неслась по шумным улицам Нижнего Новгорода к своей второй квартире, вцепясь в руль так, что пальцы заныли. Сердце бешено колотилось — соседи опять жаловались на деверя, устроившего в её наследстве настоящий притон. Но то, что ждало её внутри, перевернуло всё с нога на голову. Брат мужа выложил страшную правду о его изменах, и теперь мир Евгении рушился на глазах. Она стояла перед выбором, разрывающим сердце: простить предательство или навсегда перевернуть страницу.
— Женя, ну он же мой брат, ему некуда податься, — уговаривал её муж Дмитрий, когда всё только начиналось. — С Ириной он разошёлся, куда ему теперь?
— Не хочу пускать Игоря в бабушкину квартиру, — слабо запротестовала Евгения.
— Ничего он там не сломает, — настаивал Дмитрий. — Не к старикам же ему ехать?
— А почему нет? — уцепилась она за эту мысль.
— Мужику под пятьдесят, стыдно под родительский кров, да и личная жизнь есть, — Дмитрий смотрел на жену умоляюще.
— Ладно, пусть живёт, но если будут жалобы — сразу вон! — сдалась Евгения после долгой паузы.
— Всё будет в порядке! — обрадовался Дмитрий, потирая ладони.
У него были свои планы на эту квартиру. Под предлогом «помощи брату» он собирался встречаться там с любовницей, о которой тридцатипятилетняя Евгения даже не догадывалась.
— Сейчас же отвезу Игоря, пусть обживается! — воскликнул Дмитрий, схватил ключи и выскочил за дверь.
— Бежит, будто сам туда переезжает, — усмехнулась про себя Евгения и занялась домашними делами.
Дмитрий вернулся лишь через три часа. Евгения, увидев в окне свет фар, выбежала во двор.
— Где ты пропадал? Уже волноваться начала! — сказала она с подтруниванием.
— Показывал Игорю квартиру, — уклончиво ответил Дмитрий, скрывая истинную причину задержки.
— Послушай, он хоть за коммуналку платить будет? — вдруг спросила Евгения.
Дмитрий заёрзал, взгляд забегал. Он не обсуждал этого с братом.
— Ты что, с родного брата деньги брать? Да ещё сейчас, когда у него чёрная полоса, — ответил он с укором. — Квартира и так наша, много ли он намотает?
Евгения поддалась на уговоры, решив, что стыдно требовать деньги с родни. Но стоило Игорю заселиться, как квартира превратилась в сущий ад. Ночь напролёт гремела музыка, толпились шумные компании, приходили сомнительные женщины, не умолкали крики и ругань. Соседи вызывали участкового, но тот лишь штрафовал деверя, не в силах усмирить буяна.
Тогда Игорь пожаловался брату.
— Соседи доконали, — бурчал он. — Сидим тихо, а они ментов таскают. Разберись, а то если меня выгонят — тебе тоже путь сюда заказан, — зло усмехнулся.
— Улажу, но ты убавь громкость, — ответил Дмитрий. — Если Евгения прознает — нам всем конец!
— Ладно, больше не буду, — пообещал Игорь, но той же ночью соседи снова вызвали полицию.
Одна из жиличек, не выдержав, выяснила, кто владелец квартиры, и написала Евгении в соцсетях. Она спросила, в курсе ли хозяйка о погроме и постоянных визитах полиции. Ответ Евгении ошеломил соседей: она ничего не знала.
Через час она ворвалась в квартиру, пылая яростью.
— Приветик! — ехидно ухмыльнулся Игорь, распахивая дверь.
— Игорь, на тебя весь подъезд жалуется! — выпалила она. — Немедленно съезжай!
— Съезжаю? — удивился он. — А знаешь, ты не оправдала моих ожиданий!
— Это ты не оправдал! — резко оборвала Евгения. — Вали вон!
— А, так? Тогда узнай кое-что о своём «идеальном» муже! — ядовито бросил Игорь.
— О чём ты? — она застыла, впиваясь в него взглядом.
— Я не один тут грешу, — хмыкнул деверь. — Твой Дима тоже молодец.
— Что ты имеешь в виду? — голос её дрогнул.
— Он приводит сюда любовницу, — выпалил Игорь. — Уже третий месяц! А ты, дорогая невестка, даже не в курсе!
Слова ударили, будто обухом. Евгения почувствовала, как пол уходит из-под ног.
— Вон! — прошипела она, указывая на дверь.
— А с Димонаром что будешь делать? — усмехнулся Игорь.
— Это не твоя забота! — рявкнула Евгения. — Исчезай!
Смеясь вполголоса, Игорь начал собирать вещи и через двадцать минут скрылся. Евгения осталась одна среди разгромленного жилья. Войдя внутрь, она не узнала бабушкиной квартиры — ни капли былого уюта. Грязные стены, разбросанный хлам, въевшийся табачный дым — всё кричало о предательстве. Она распахнула окна, пытаясь выгнать мерзкий дух обмана.
Дома её ждал тяжёлый разговор с Дмитрием. Сперва он отпирался, но под натиском сдался и начал умолять о прощении. Евгения слушала его оправдания, но в душе уже всё решила. Его измена, ложь и цинизм перечеркнули все годы их брака. Она подала на развод и алименты — больше никто не смел топтать её достоинство.
Она сидела в пустой квартире, глядя в окно на ночной город. Слёзы катились по щекам, но в них была не только боль — в них горела решимость. Иллюзии рухнули, но она обрела силу. Теперь она знала: её жизнь начинается заново, и прошлое не сможет её удержать.