С самого детства меня окружали роскошью, словно принцессу из сказки. Лучшие школы, репетиторы, путешествия — всё только для меня. Мама твердила: «Ты заслуживаешь самого лучшего, не соглашайся на меньшее». Отец лишь вздыхал — я была его единственной дочерью. Но когда дело дошло до личного счастья, судьба сыграла со мной злую шутку.
Своего «идеального мужчину» я встретила не сразу. Было разочарований, пустых обещаний и мимолётных романов. Но когда в моей жизни появился Дмитрий, я подумала — вот он, тот самый человек! Он был галантен, внимателен, обожал делать сюрпризы. Без повода дарил цветы, читал стихи, смотрел на меня, как на чудо. Подруги завидовали. Кроме Лены.
— Ты уверена, что он тебя любит, а не твоё наследство? — скептически спрашивала она.
Я лишь смеялась. Я верила Диме, как себе. Любила его до дрожи, до мурашек, до слёз. Мы сыграли скромную свадьбу — без пафоса, по любви. Родители подарили нам квартиру в элитном доме на Рублёвке. Вид из окна завораживал. А Дима, благодаря связям отца, быстро стал заместителем директора в нашем семейном бизнесе. И работал он честно — отец даже говорил, что со временем передаст ему дело.
Мы казались идеальной парой. Через несколько лет заговорили о детях. Родители ждали внуков. Мы с Димой решили — время пришло. Но забеременеть у меня не получалось. Месяцы обследований, слёз, разочарований. Врачи разводили руками — проблема была во мне. Я прошла курс лечения, гормоны, пыталась сохранить надежду. Потом решились на ЭКО. Неудачи выбили меня из колеи. Я стала злой, замкнутой, измученной. Но Дима был рядом. Или только делал вид.
Мой тридцатый день рождения родители решили отметить с размахом — ресторан, гости, шампанское. Они хотели вернуть мне улыбку. Я изо всех сил изображала радость, хотя внутри была пустота. В разгар вечера зазвонил телефон. Я вышла в холл. В зале гремела музыка, а в трубке прозвучал женский голос. Чужой. Твёрдый.
— Извините за беспокойство, — сказала она. — Вы женщина и поймёте. У нас с Дмитрием отношения. Я жду от него ребёнка. Он говорил, что у вас проблемы. Пожалуйста, отпустите его. Ему нужен наследник. А моему ребёнку нужен отец.
Я стояла, не дыша. В ушах звенело. Комната поплыла. Хотелось закричать, убежать, исчезнуть. Теперь я знала, где он был все эти вечера, когда говорил, что задерживается на работе, у друзей, у матери. Почему стал холоднее, грубее.
Я вытерла слёзы, глубоко вдохнула и вернулась к гостям. Улыбалась, хотя внутри всё горело. Когда все разошлись, остались только родители. Тогда я сказала:
— Пап, мам… Дима мне изменил. Та женщина ждёт от него ребёнка.
Тишина повисла, словно в гробу. Отец медленно подошёл к нему и тихо прошипел:
— Ты больше не мой зять. Вон из моего дома.
Мама увезла меня к себе. Хотела остаться, но я попросила оставить меня одну. Ночью Дима вернулся. Стоял в прихожей, виноватый, как побитая собака. Умолял простить. Говорил, что не любит её. Что это случайность. Что она его обманула. Я молчала. Разрешила переночевать — не из жалости, а потому что не было сил его гнать.
Утром он снова молил о прощении. Просил поговорить с отцом. Убедить его, что всё наладится. Я смотрела на него и не узнавала. Любовь умерла. Вместе с доверием.
Он ушёл. Та женщина, по его словам, скоро рожает. Я не знаю, правда ли это или манипуляция. Но знаю другое — ребёнка, которого я так ждала, у меня нет. А у него — будет. Но не от меня.
Теперь я стою перед выбором: отпустить или бороться? Но за что бороться, если он предал? Жизнь без него пугает. Но жить с ним — уже невозможно.