Я считала, что у моей дочери счастливая семья пока не посетила их дом.
Когда наша Аурели сообщила, что выходит замуж за мужчину старше её на восемь лет, мы не возражали. С первого взгляда он произвёл хорошее впечатление утончённый, вежливый, внимательный. Грегуар умел завоевать сердца. Он баловал дочь нежными жестами: цветами, поездками, подарками. А когда он объявил, что возьмёт на себя все расходы свадьбы ресторан, платье, видеосъёмку, декор я чуть не расплакалась. Мы были уверены: наша маленькая в надёжных руках.
«У него свой бизнес, мама, не переживай», говорила Аурели. «Он справится, всё под контролем».
Через полгода после свадьбы Грегуар пришёл к нам с Аурели. Он молча прошёл по квартире. На следующий день пришли техники измерять параметры. Через неделю рабочие. И в нашем старом доме в Руанe появились роскошные окна с пятислойным стеклопакетом, звукоизоляцией. Затем обновили балкон, установили кондиционер, заменили плитку.
Мы благодарили их, но он отмахивался: «Пустяки. Для родителей жены нет ничего невозможного». Конечно, это радовало нас. Как приятно видеть дочь в благополучии, с любящим и заботливым мужем.
Появился их первый ребёнок. Всё выглядело как в кино: выход из роддома с шарами, красивая комбинезонка, кружевные подгузники, фотограф. Мы улыбались, чувствуя тепло: «Вот они, счастливая семья».
Через два года родился второй малыш. Снова подарки, гости, но Аурели выглядела притуплённой. Усталый взгляд, принудительная улыбка. Сначала я списала это на послеродовую усталость двое детей нелёгко. Но при каждом звонке я ощущала, что она чтото скрывает.
Я решила навестить их и предупредила заранее. Пришла вечером, но Грегуара не было дома. Аурели встретила меня без особого энтузиазма, дети играли в своей комнате, я обняла их. Сердце радовалось внуки, в конце концов. Когда дети погрузились в мультики, я мягко обратилась к дочери:
Аурели, дорогая, что тебя беспокоит?
Она вздрогнула, посмотрела в пустоту, затем натянуто улыбнулась:
Всё в порядке, мама, просто устала.
Это не только усталость. Ты как будто погасла. Не смеёшься, глаза печальны. Я тебя знаю, скажи правду.
Она колебалась. В тот момент дверь захлопнулась Грегуар вернулся. Увидев меня, он сделал едва заметную гримасу, улыбнулся, но взгляд был холодным, будто я ему мешаю. И тогда я заметила аромат, слишком сладкий, женственный, совсем не его. Французский парфюм, решительно женский.
Сняв пиджак, я увидела на воротнике след розовой помады. Не смогла удержаться и спросила ясно:
Грегуар вы действительно были в офисе?
Он на мгновение замер, затем выпрямился, холодносдержанно ответил:
Жаклин, с уважением, не вмешивайтесь в наши отношения. Да, есть другая женщина, но это ничего не значит. Для человека моего уровня это обычное дело. Аурели знает. Это не меняет семью. Мы не разводимся. Дети, моя жена всё под контролем. Я их обеспечиваю, я здесь. Так что не зацикливайтесь на помаде.
Я стиснула зубы. Аурели встала и ушла в детскую, опустив голову. Он пошёл принимать душ, будто ничего не случилось. Моё сердце разрывалось от бессилия. Я подошла к дочери, прижала её к себе и шепнула:
Аурели ты считаешь это нормальным? Что он спит с другой, а ты терпишь? Разве это семья?
Она пожала плечами и заплакала, слёзы текли сами по себе. Я погладила её спину, не говоря ни слова. Было так много, что хотелось сказать, но это было бесполезно. Выбор принадлежал ей: остаться с человеком, который считает, что деньги оправдывают измену, или выбрать себя.
Она оказалась в «золотой клетке», где внешне всё безупречно. Всё кроме уважения. И настоящей любви, где не лжут и не пренебрегают.
Я ушла в ночи. Дома не могло заснуть. Сердце разрывалось. Я хотела забрать её и детей и уехать. Но знала пока она сама не решит, ничего не изменится. Всё, что я могла сделать, быть рядом, ждать и надеяться, что однажды Аурели выберет себя.
