Знаю, была ужасной матерью. Пришла к сыну — а он мне: «У меня нет матери», — и ушёл.
Когда Диме стукнуло три года, нашу семью как ветром сдуло — муж собрал вещи и ушёл. Без слов, без слёз. Осталась я одна с ребёнком, без гроша за душой, с болью под рёбрами. Через пару месяцев сорвалась на работу за границу — думала, хоть денег заработаю, чтобы сыну жизнь нормальную устроить.
Димку оставила на свою мать. Это она водила его в сад, учила с ним азбуку, гладила рубашку к первому сентября. Это бабка ночами его укачивала, когда он скучал. А я… Присылала деньги, открытки, гостинцы. Но сама приезжала — раз в году. То работа, то дела, то новый роман закрутится.
Да, встретила другого. В другой стране, в другой жизни. И в какой-то момент поняла — сын в эту новую жизнь не вписывается. Пыталась себя обманывать, но факт оставался фактом. Он стал для меня чем-то далёким, неудобным, как старый чемодан с ненужным хламом.
Когда Дима окончил школу, поступил в МГУ. Выучился на отлично. Устроился в крупную компанию, поехал в командировки — Германия, Швейцария, Франция. Я им гордилась, хоть и из далека.
Однажды в Париже он познакомился с девушкой — Настей. Оказалось, тоже из России. Закрутилось у них быстро. Стали жить вместе. А когда Настя забеременела, вернулись в Москву, сыграли свадьбу, купили квартиру в центре. Родился сын Артём. Дима мечтал о большой семье, но Настя упиралась — хотела пожить для себя.
Он пропадал в командировках, но отрывался на подарках, деньгах, поездках. Пахал как проклятый, но думал — так и надо.
Однажды вернулся раньше — почти на два месяца. Дома — ни Насти, только няня с Артёмом. Девушка заёрзала, сказала — хозяйка в спортзале. Но голос дрожал. Пока Дима распаковывал чемодан, сын подбежал, схватил новую машинку и кричит:
— У меня такая уже есть! Дядя Серёжа такую же принёс!
Всё встало на свои места. Настя призналась: роман с Сергеем уже год, и скрывать она не собирается. «Ты вечно где-то летаешь, мне надоело одной сидеть», — бросила она.
На следующий день Дима подал на развод. «Сын будет видеться с тобой. Но квартиру не отдам. Ищи, где жить с любовником», — сказал он спокойно. Она умоляла оставить жильё — мол, ребёнку негде будет спать. Но он даже не дрогнул.
Через две недели она стояла на пороге с Артёмом:
— Мы с Сергеем уезжаем. Пусть сын поживёт с тобой. Как обустроимся — заберу.
— Твой новый не хочет чужого ребёнка под боком, да?
Она промолчала.
Так началась их жизнь вдвоём. Дима ушёл с работы, открыл своё дело, чтобы быть рядом с сыном. Артём сначала спрашивал про маму, но потом забыл. Настя не звонила, не приезжала. Дима даже думать не хотел о новых отношениях — предательство выжгло душу дотла.
Прошли годы. Артём вырос. В один хмурый вечер к их подъезду подошла женщина. Постаревшая, с виноватым взглядом.
— Еле нашёл ваш адрес. Хочу увидеть сына… Знаю, что виновата…
Артём посмотрел на отца. Тот кивнул:
— Да. Это твоя мать.
Парень поднял глаза и тихо сказал:
— У меня нет матери.
Развернулся и ушёл в дом. Я стоял, будто громом поражённый. Смотрел ей в глаза и видел только пустоту. Слов больше не требовалось.
— Ты слышала. Не возвращайся.
Закрыл дверь и пошёл к сыну. Потому что там, за этой дверью, была моя настоящая семья.