**Дневник.**
Вот сижу на кухне, а по всему дому разливается запах запечённой грудинки с чесноком. Редкий вечер, когда руки дошли до чего-то большего, чем яичница с колбасой. Вытерла ладонью лоб, обернулась и крикнула в коридор:
— Сережа, ты не забыл, что завтра мама приезжает?
Через минуту в дверях возник он — сонный, волосы торчком.
— Какая мама? — моргнул, будто в первый раз слышит.
— Да как какая?! — я даже ложку на стол бросила. — В воскресенье, мы же договаривались!
Сергей вдруг заёрзал, глаза забегали.
— Отменяй. Нельзя ей завтра. Ни в коем случае.
— Это почему?! — у меня аж дыхание перехватило.
— Потому что… Лена приедет.
— Какая Лена?!
— Ну… бывшая, — выдавил он.
Тишина. Такая густая, что даже чайник перестал шипеть. Потом я закашлялась — не знала, ржать мне или орать.
— Ты в себе? Чтобы завтра здесь твоя бывшая ночевала, а мама моя на пороге?!
— Да не ночевать, переночевать! У неё с этим козлом ссора, идти некуда. На пару дней, честное слово! Мы же с ней уже сто лет как не вместе! Просто человеку помочь надо!
— А мне, значит, маме объяснять, что это за «подруга» у нас в халате по квартире ходит? Отличный сюжет для семейной драмы!
— Скажем, что твоя одноклассница. Ты же у меня артистичная — поверят!
Я закатила глаза, но внутри уже рисовала, как эта Лена переступает порог и сходу объявляет меня «хозяйкой положения». Противно, но… любопытно.
Вечером дверь открылась — и вот она: высоченная, в дорогих джинсах, с фирменной сумкой через плечо. Окинула меня взглядом, оценивающе:
— А, так ты та самая «законная»? Ладно… Я на два дня, не переживай — твоего мужа не украду.
Я стиснула зубы. Только и выдавила:
— Комната направо. Завтра мама приедет — не светись без повода.
Лена прошла внутрь, а я вернулась на кухню, где ужин уже остывал.
— Лена, будешь есть с нами?
— Ещё бы! Это у тебя пирог? Только не ври, что сама месила. Готовые коржи и варенье из банки, да?
— Не нравится — не ешь, — буркнула я, но уголок рта дрогнул.
Лена вдруг, не меняя тона, предложила:
— А хочешь, научу, как по-настоящему тесто раскатывать? Моя бабка в столовой тридцать лет поваром была, я с пелёнок у плиты.
Так начался вечер, который мы потом обе вспоминали. К полуночи трепались, как подружки детства: про мужчин, про пироги, про то, какие юбки теперь в моде. Впервые за долгое время я чувствовала себя не просто «женой Сережи», а… собой. Лена оказалась не соперницей, а скорее союзницей.
Утром она ушла по делам, а в дверь постучала мама — Анна Викторовна. С порога ахнула:
— Ты это сама приготовила? — глаза на лоб полезли. — Не думала, что умеешь…
Я лишь кивнула, скрывая улыбку. Кого благодарить — знала. Ту самую «бывшую».
Вечером раздался звонок. Лена, бодро:
— Ир, я дома. С Сашкой помирились. Спасибо за твой совет с платьем! Он офигел, когда увидел меня на презентации — теперь везде таскать будет. Контракт, кстати, подписали. Ты молодец. Завтра за вещами забегу — обниму как родную!
Я положила трубку, посмотрела на Сережу:
— Знаешь, а ты был прав. Она… хорошая. И, кажется, я наконец поняла, кто я. Не просто «твоя жена». А человек. Со своим характером.
— Ну если ты с Ленкой подружилась — я вообще ничего не понимаю! — развел руками Сергей.
— Главное — не мешай, — рассмеялась я. — И всё будет хорошо.