Меня зовут Татьяна. Неделю назад мой брат, Николай, после долгих лет молчания появился на пороге моего дома в деревне под Тверью. Он протянул мне картонную коробку, полную денег — все свои сбережения за жизнь — и ушёл, оставив меня в растерянности. Эти купюры словно жгут ладони, а его горькая история сжимает сердце. Теперь передо мной страшный выбор: отдать деньги его жене и дочери, которые отреклись от него, или оставить себе? Душа требует справедливости, но страх и нерешастье не дают покоя. Как поступить, когда правда бьёт по старым ранам?
Говорят, в деревнях все живут одной семьёй. Но жизнь показала иное. Молодёжь, едва подрастёт, рвётся в города. Я, как младшая, осталась с родителями. Старшая сестра, Ольга, рано вышла замуж и укатила с мужем в Питер. Вечно ворчала, что мы с Колей ей поперёк горла стояли, и не скрывала, что рада была сбежать. Сейчас будто и нет её — деревенское братство оказалось сказкой.
Коля был другим. Не книжный ум, но душа-человек, с ним никогда не бывало скучно. Я любила его за эту простоту. Женился на девке из соседнего села, да не к нам её привёл, а сам к ней подался. Работал на стройке, денег вечно не хватало. Жена его, Марина, с роднёй своей жили скупо, и брату приходилось вертеться, чтобы семью прокормить. Когда я замуж выходила, его не было — уехал на заработки в Москву. Жена тогда беременная была, понимала я его. Но обида всё равно грызла.
Шли годы. Жила я с мужем, Дмитрием, родителями, троих детей поднимала. Коля мыкался по стройкам в столице, деньги Марине на дом новый отправлял. Племянница моя, Настя, росла, но Марина к нам её не возила. Связь с братом почти прервалась, смирилась я — ещё один родной человек исчез. Хорошо хоть с Димой у нас любовь да уважение были, это и держало.
Всё перевернулось, когда Коля вдруг позвонил. Голос дрожал: признался, что полюбил другую и не может врать жене. Марине все деньги оставил, на Настю до совершеннолетия платить обещал, но уходит. Жалко его было, но честность уважала. Марина после этого нас со света сжимать начала, родителей к внучке не подпускала. Старики плакали, да что поделаешь.
А неделю назад Николай у моего крыльца появился. Едва узнала: лицо измождённое, загорелое, будто десять жизней прожил. Но улыбался, шутил по-старому. Только к концу разговора глаза потухли. Рассказал, что его новая любовь от рака умерла. Детей у них не было. Марина его на порог не пустила, а Настя прямо сказала, что отца у неё нет. Пришёл он прощаться — чувствовал, что конец близко. Сунул мне коробку с деньгами — 2 миллиона рублей, всю жизнь копил. «Мне уже не надо, а тебе пригодится» — сказал и ушёл, не сказав куда.
Сижу, на деньги смотрю — будто угли в руках. Выбрал-то он меня, но разве не потому, что свои от него отвернулись? Эти деньги — его боль, его последний дар. Настя уже взрослая, но разве не имеет права на часть? Или Марина, которая её одна растила? Видеться с ними не хочется — Марина всегда колючая была, а Настя от отца отказалась. Но брат меня честности учил — может, правду сказать надо? А вдруг он передумал бы?
У нас с Димой эти деньги в хозяйстве пристроить можно — дом подлатать, детям образование. Вернуть некому. Но мысль, что присвою их, покоя не даёт. Как быть? К Марине пойти, рискуя скандал нарвать? Или оставить — сам же Коля так решил? Совесть рвёт на части, а его уход будто дыру в душе оставил. Может, кто сталкивался с таким? Как честность сохранить, когда она всё рушить может? Верю, что ответ найду, но пока одна с этой ношей — давит не по-детски.