Это точно было не просто так
Алиса шла на вечеринку, будто на крыльях летела.
Короткая юбка из денима, облегающие лосины с металлическим отливом, белоснежные кроссовки, топ с принтом модели и высокий хвост, перехваченный массивной резинкой. Губы подчеркнуты розовой помадой, глаза — яркими тенями. Настоящая королева.
Все твердили, что Алиска — чудо. Она и сама это знала. Гордость района. Поступила в университет в Москве — сама. Без блата, без помощи.
Как там Вера Степановна ворчала?
— Тебе, Морозова, до вуза как до Марса пешком! Техникум — твоя потолок, да и то, если отчим поколдует. А так — дворники тебя с нетерпением ждут.
Ах да, точно. Отчим. Настоящий отец давно исчез с радаров. А отчим… вряд ли станет хлопотать за «такую бездарь».
Вера Степановна ждала, что девчонка расплачется. Но Алиса встала, посмотрела ей прямо в глаза и спокойно, даже вызывающе, бросила:
— Посмотрим, кто кем станет.
Вера прищурилась и пообещала ей сладкую месть на экзамене. Но Алиса сдала. И поступила. Одна. Без «крыши». Вот так.
— Девушка, не желаете чистой и большой любви?
— С тобой? Соколов, ты совсем страх потерял?
— Алиска, да ты чего. Как жизнь?
— Лучше всех.
— Фигура у тебя, ммм…
— Хочешь такую же?
— Хочу.
— Приходи, наряжу — будешь не хуже.
— Ох, злая ты, Морозова. А я, может, тебя люблю.
— Проваливай, нечисть, бабушка мне крест осиновый освятила — и от таких, как ты, и от ночных кошмаров.
— Ну и ладно…
— А вот так. На всякий случай.
Они шли по вечерней улице, перекидываясь шутками. Молодые. Свободные. Неуязвимые.
— Слушай, а давай в понедельник в школу завалимся? — предложил Соколов.
— Ты рехнулся? Зачем?
— Представь, как Вера Степановна охренеет, когда узнает, что ты сама поступила. В универ.
Алиса усмехнулась.
— Плевать я хотела. А ты как?
— Потусуюсь лето, а потом — в армию. Ты меня ждать будешь?
— А то. Сяду на лавочку, в платочке, носок тебе вязать буду. Километров сто.
— Да иди ты…
— Ну.
— Ооо, глянь, это же Дашка! Она в колледж пошла?
— Угу. Каждому своё. Ладно, Вань, я пошла. Вон мои девчонки. А ты с Дашкой чего мутишь?
— Да нет, ну… так, болтаемся.
— Она хорошая. Она дождётся. А я — нет.
— То есть я для тебя — совсем не вариант?
— Нет. — Чётко сказала. И ушла.
Учёба давалась Алисе легко. Не потому что было просто — просто она не жаловалась.
— Как ты всё успеваешь? — спрашивала соседка.
— Что?
— Ну, и в кино, и на тусовки, и учёба у тебя…
— Не знаю, — пожала плечами Алиса. — Я просто живу. Не нытьём, а делом. С парнями стараюсь не связываться. Учёба — моё будущее. А гулять? Когда, как не сейчас?
— А я замуж хочу. За богатого.
— А я — нет.
С Сергеем Алиса познакомилась на вечеринке. Он был слишком навязчив — Алиса сбежала. Но на следующий день он пришёл в общагу. С цветами, с конфетами. Она — дверью перед носом. Он — снова, с кино и цветами. Она — мимо.
Девчонка уже нервно дёргала глазом от его внимания. Ненавидела почти. А тут ещё Соколов письма из армии шлёт. Скучает. Но не про службу пишет, а про чувства.
А она знает этого Соколова — как до четырнадцати в коричневых колготках под треники бегал… Как бабка его к знахарке таскала — от энуреза лечиться.
Сергей ездил на байке, караулил её, будто в сериале. А потом… потом он упал. На её глазах. И она, не раздумывая, бросилась к нему. Не потому что Сергей. А потому что человек.
И почему-то… согласилась на свидание.
Полгода они встречались. Не бабочки в животе. Не любовь. Но как-то… рядом. Он стал родной.
Потом письмо от Соколова: обиды, обвинения, грязные слова. Кто-то настучал. Да она и не скрывала.
С Сергеем было проще. Он был рядом. Надёжный. С ним можно было мечтать. О свадьбе. О будущем.
— Везёт тебе, Алиска, — сказала соседка.
— В чём?
— С Серёгой. Ты не знаешь, кто он?
— В смысле?
— Папа у него — большая шишка. Байк ему купил. Теперь — тачку. Он один у родителей. Богатые. В возрасте.
— И?
— Говорят… у него уже невеста есть. Катя. Отцы бизнес хотят связать.
Вечером Алиса спросила у Сергея. Он занервничал.
— Это всё отец. Я против. Катя мне не нужна. У меня есть ты. Уедем.
— На выходные я поеду к родителям.
— Хорошо… — и ей показалось, он вздохнул с облегчением.
Когда она вернулась — что-то было не так. Девчонки смотрели странно. Парни — с усмешкой.
— Что происходит?
— Сядь… Алис… Сергей… Он…
— Что?
— Он женился.
Ни дрожи. Ни слезинки. Внутри — обвал. Но снаружи — камень.
— И что?
— Ты такая спокойная…
— А какой мне быть? Я знала. Уехала, чтобы понять. А он — женился. Я позволила. Всё логично.
Она наклонилась к соседке:
— Не называй его имя. Никогда. Для меня его не существует.
После выпуска Алиса не поехала домой. Поехала — в роддом.
Родился Артёмка. Крепкий. С хваткой на жизнь.
— Алисочка… ты… отцу скажешь?
— Мам, никогда. И не спрашивай.
— Хорошо, просто… Я надеялась, ты не повторишь мою судьбу.
— И не повторю. Ты вышла за отца. Я — нет.
— Ты у нас поживёшь?
Алиса увидела: мать боится. Отчим — не рад.
— Я поняла. Даже из роддома не заберёте?
— Что ты, Алисочка… конечно заберём…
Они приехали. Отчим молча пожал руку.
Она посмотрела на спящего Артёмку, укрыла его краем пледа и прошептала: «Ничего, сынок, мы справимся сами».