Когда Надежда выходила замуж, она верила: это навсегда. Её муж, Виктор, казался ей идеалом, и она старалась изо всех сил быть для него совершенной женой — надёжной, как скала, той, на кого можно положиться в любой момент.
Надю невозможно было не любить. Добродушная, с открытой душой и лучистыми глазами, она всегда готова была прийти на помощь. Даже свекрови, Валенти, она помогала без устали. Та позвонит, пожалуется на боль в суставах или упадок сил, и Надя уже мчится к ней: моет полы, варит борщ, бегает в магазин за продуктами.
— Вот повезло мне с тобой, Наденька, — вздыхала Валентина. — Сын-то мой — руки из одного места растут, от него толку ноль. Мужики! Всю жизнь мечтала о дочке, а судьба послала тебя.
Наде было приятно слышать такие слова. Она старалась ещё усерднее, чтобы не подвести свекровь. И, по правде говоря, Валентина была права: Виктор действительно не утруждал себя заботами. Ни о дома, ни о матери.
Но дело было не только в этом. Виктор свято верил, что хозяйство — не мужское дело. Наде, в принципе, это не мешало, ей нравилось создавать уют. Но проблема была в другом: Виктор сам ничего не делал, зато постоянно критиковал. То полы не вымыты, то суп пересолен.
Со временем претензии переросли в открытые упрёки. Он начал корить Надю за лишние траты, хотя она работала и не просила у него ни копейки.
— И сколько этот твой маникюр стоит? — ехидно спрашивал он.
— Тысяча пятьсот рублей, — тихо отвечала Надя, будто извиняясь.
— Тысяча пятьсот каждый месяц! — взмущался Виктор. — А могли бы на новую машину копить!
— Но ты же тратишься на спортзал, — робко заметила она.
— Это совсем другое! Спорт — здоровье, сила! А твой маникюр — пустая блаж!
Претензии росли как снежный ком. Потом Виктору не понравилось, что Надя раз в месяц встречается с подругами в кафе. Обычные посиделки раз в месяц, но и это его бесило.
— Зачем тебе тусоваться без мужа? — ворчал он. — Сиди дома!
Надя была терпеливой, но даже её ангельское терпение когда-то кончилось. Ссоры стали ежедневными, понимание испарилось. Через три года Надя подала на развод. Виктор сопротивлялся — не потому, что хотел сохранить семью, а потому, что привык командовать. Но Наде просто надоело жить под его диктатом.
В итоге развод случился. Едва Виктор собрал вещи и ушёл, как зазвонил телефон. Валентина.
— Наденька, как же так? — запричитала она. — Почему сразу развод?
Надя вздохнула. Объяснять что-то бывшей свекрови было последним, чего ей хотелось, но она ответила:
— Это не сразу, Валентина. Всё к этому шло. Я пыталась сохранить семью, но Виктор не идёт на уступки. Его вечные упрёки, претензии… Я устала.
— Но вы же такая красивая пара! — чуть не рыдала свекровь. — И я тебя так люблю! Как я теперь без тебя?
Наде самой поняла: сейчас ей нужна поддержка, но Валентина, как всегда, перевела разговор на себя.
— Почему без меня? — мягко сказала Надя. — Мы же можем общаться. Развод с Виктором не значит, что я вас брошу. Если что — звоните, помогу.
— Ох, Наденька, золотая ты моя! — просияла свекровь. — Значит, не прощаемся?
— Конечно, нет.
Развод дался Наде непросто. Виктор не мог смириться, что его бросили. Он, считавший себя идеальным мужчиной, был уязвлён. Но вскоре всё утихло. Надя выдохнула, осознав: нет в ней ни сожаления, ни грусти. Виктор так измотал её, что чувства давно угасли. А ведь когда-то он казался ей мужчиной мечты. То ли притворялся, то ли она смотрела на него сквозь розовые очки.
Надя начала новую жизнь. Виктора она заблокировала везде, чтобы он не лез. Он и не лез, а вот Валентина отпускать её не собиралась.
Через неделю после развода развонился телефон:
— Наденька, здравствуй! Как дела?
— Всё нормально, — ответила Надя. — А у вас?
Вопрос был из вежливости, но свекровь только его и ждала.
— Ой, плохо, Наденька! Давление скачет, еле хожу. Попросила Витю принести таблетки, а он отказался! Не знаю, как добраться до аптеки…
Надя поняла намёк. Она была доброй и не могла бросить пожилую женщину в беде.
— Я привезу, Валентина, — сказала она. — Напишите, что нужно, через час буду.
— Спасибо, родная! — воскликнула свекровь. — Я знала, что на тебя можно положиться!
Наде пришлось отложить свои дела, купить лекарства и поехать к Валентине. Там, как всегда, попила чай, выслушала жалобы и уехала только через два часа.
Но надежда, что свекровь будет беспокоить её редко, оказалась напрасной. Валентина звонила постоянно: то продукты, то уборка, то просто «проведать». Как-то она попросила отвезти её в торговый центр, и тут Надя не выдержала.
— А почему Виктор не может помочь? — спросила она.
Валентина что-то промямлила, и Наде стало стыдно. «Ей же тяжело, а я придираюсь», — подумала она.
Так Надя помогала свекрови чаще, чем родной матери. Та звонила внезапно, требуя срочной помощи. Если Надя не могла приехать, свекровь так страдала, что та сдавалась, отменяла планы, переносила встречи.
Ведь, как говорят, мы в ответе за тех, кого приручили. Надя сама дала свекрови карт-бланш, пообещав помогать. Но она не ожидала, что та так бесцеремонно сядет ей на шею.
Всё могло продолжаться вечно, но Валентина сама всё испортила.
Однажды она снова позвонила:
— Наденька, тут сестра моя приехала. Завтра на дачу хотим, подвезешь?
— Только не рано, — устало ответила Надя.
— Ой, а мы хотели пораньше… В девять утра нормально?
— Ладно, — согласилась Надя, мысленно прощаясь с выходным.
— Спасибо, родная! Кто бы без тебя делал!
Надя хотела положить трубку, но вдруг услышала голос сестры свекрови:
— Ну что, согласилась?
Видимо, Валентина забыла отключить вызов. Надя не любила подслушивать, но разговор был о ней, и она не удержалась.
Надя усмехнулась, положила телефон на стол и впервые за долгое время почувствовала, что больше не обязана никому объясняться.