Вот так, дорогой, живу я в Нижнем Новгороде, 62 года на плечах, и тут такая история приключилась — просто сердце обливается кровью. Моя дочь, Татьяна, с мужем своим, Дмитрием, возомнили, будто я обязана всю свою жизнь положить на их дочку, мою внученьку Катюшку. Всегда старалась быть хорошей бабушкой, но терпение-то не безгранично. Сказала им прямо — не нянька я вам и не домработница, у меня тоже своя жизнь есть!
Когда Таня родила Катю, я, конечно, бросилась помогать — и пеленки стирала, и гуляла с малышкой, и ночами не спала, лишь бы дочке полегче было. Понимала же, как тяжело молодым. Но постепенно моя помощь стала для них чем-то вроде обязанности. Татьяна с Димой будто забыли, что у них ребёнок: то на йогу записались, то в гости к друзьям, а Катю ко мне — «Ну ты же посидишь, у нас дела». Им и в голову не приходило спросить, свободна ли я. Я на пенсии, но, мать твою, я тоже заслужила хоть немного покоя!
Вот недавно позвонила Таня среди бела дня: «Мам, забери Катю из садика, у нас корпоратив, а Дима на охоту уехал». Злилась, но поехала — что ж, ребёнка одного оставлять? Люблю внучку, но чувствую себя, как загнанная лошадь — никому нет дела до моих планов и усталости.
А вчера вообще апофеоз. Звонит радостная: «Мы с Димой на две недели в Абхазию летим!» Я обрадовалась, думала, Катю с собой берут. Ан нет! Оказывается, просто решили, что оставят её у меня, даже не спросив. Так, мол, бабушка, сиди. У меня аж давление подскочило! Сказала прямо: «Нет, дорогие мои, ребёнок ваш — сами и решайте. Хотите отдыхать — берите Катю или ищите няню. Я не прислуга на побегушках!»
Спрашиваю: «А почему вы без моего согласия такие планы строили?» А Таня мне в ответ: «Ты же всё равно дома сидишь, дел у тебя никаких». Как оплеуху получила. Рассказала, что с подругой Людмилой в санаторий на Селигер собралась — хоть немного отдохнуть. Пусть сами думают, но я не намерена под их каблуком жить!
Закончилось, конечно, скандалом. Таня в слёзы: «Ты плохая бабушка!» А у меня самой ком в горле. После всех моих стараний — такое слышать… Люблю Катю, но не могу же я всю себя на алтарь их удобств положить. Я не бесплатная нянька, я человек, у которого тоже есть право на свою жизнь. Теперь вот думаю — или стоять на своём, или снова сдаться, лишь бы мир в семье был. Но так больше нельзя — сил моих нет.