### Осознание
— Лёш. — Света зашла в комнату, спрятав руки за спиной. Её улыбка была загадочной, а глаза сияли, словно заполненные светом.
Артём улыбнулся в ответ, ожидая приятных новостей или подарка.
— Что у тебя там? — Он приподнялся с дивана, подавшись вперёд. — Не томи, показывай.
— Держи. — Света разжала ладонь, на которой лежал маленький предмет. Артём ещё не разобрал, что это, но улыбка уже потухла на его лице.
— Это что? — Он откинулся на спинку дивана, будто отстраняясь от неожиданного «сюрприза».
— Посмотри! — Света сделала шаг ближе, по-прежнему протягивая тест. — Я беременна! — не сдержалась она, и голос её задрожал от счастья.
*Беременна*, — мысленно повторил Артём. Улыбка исчезла без следа. Он смотрел на Свету с внезапным страхом, будто перед ним стояла вовсе не она, а чужой человек.
Её улыбка тоже медленно погасла, словно свет в театре перед началом спектакля. Света сжала тест в кулаке и опустила руку.
— Ты не рад? — Теперь голос дрожал уже от слёз.
— Свет, мы же договорились подождать, — сквозь зубы процедил Артём. — Ты перестала пить таблетки? — Теперь в его голосе звучало откровенное раздражение.
— Один раз забыла, а потом… — Света опустилась рядом на диван. Артём тут же съехал к краю, будто боялся соприкоснуться.
— О чём ты думала? Почему мне не сказала? Тебе правда хочется возиться с пелёнками и не спать ночами? Ты сама ещё ребёнок! — Он вскочил и зашагал по комнате.
— Свет, давай всё обсудим спокойно…
— Я не сделаю аборт. Он уже есть. Я чувствую, это мальчик. Будет похож на тебя, — прошептала она, а по щекам уже катились слёзы.
Слова будто пригвоздили Артёма к полу. Света смотрела на него с отчаянием.
— Свет, послушай… — Он сел рядом, обнял её за плечи.
*Криком делу не поможешь. Нужно мягко уговорить её…*
Но Света резко сбросила его руку и вскочила.
— Я. Не. Сделаю. Аборт. — Каждое слово прозвучало чётко, как удар.
— Я не говорил этого! Просто растерялся. Прости… — Он потянул её к себе, усадил на колени. — Дурочка ты моя… Люблю тебя, — бормотал он, гладя её по плечу. — Не плачь, малышу вредно.
— Правда рад? — всхлипнула она.
— Конечно, — легко ответил Артём, а сам думал: *Девять месяцев ещё впереди. Всё может измениться…*
Поначалу ничего не менялось. Он уже начал сомневаться: может, тест ошибся? Но через месяц у Светы начался токсикоз. Она побледнела, плохо ела, целыми днями лежала.
Раньше они постоянно куда-то ходили — в кино, на встречи с друзьями, в кафе. Теперь Свету не вытащить. От мяса её тошнило. Артёму было скучно — он не привык сидеть дома.
— Свет, у Валеры в субботу день рождения, — осторожно сказал он.
— Иди один. Я всё равно не высижу и пяти минут, — буркнула она, отвернувшись к стене.
Артём обрадовался. На дне рождения он пил, шутил, наслаждался свободой. Вернулся поздно. Света лежала в той же позе.
Потом у неё вырос живот. Она ворочалась, кряхтела, подолгу устраивалась в кровати, мешая ему спать. Стала плаксивой, отказывала в близости. Недовольство Артёма росло вместе с её животом.
— Когда женитесь? — спросила мать, когда он заехал в гости. — Пора бы. Имя сыну придумали?
— Дмитрий. В честь её отца. Мам, какая свадьба с животом?
— Можно просто расписаться. Я тебя предупреждала…
— Хватит! — огрызнулся он.
По дороге домой зашёл в бар. Только заснул, как Света растолкала его.
— Лёш, проснись!
— Что? — пробормотал он, не открывая глаз.
— Мне плохо. Тянет живот, — прошептала она.
Артём разлепил веки. Перед ним было бледное, испуганное лицо.
— «Скорую»? — Он сел, нащупывая телефон.
— Всё занято, — Света скривилась от боли.
— Такси вызову. Одевайся.
В прихожей она сидела в плаще, у ног — сумка.
— Документы взяла? Пошли.
Они медленно спускались. Такси ждало у подъезда.
— В роддом, быстрее! — Артём усадил Свету на заднее сиденье.
Она тяжело дышала, сжимая живот. В салоне он казался огромным.
— Потерпи, скоро, — бормотал Артём, скрывая страх.
У приёмного отделения он почти нёс её.
— Эй, помогите! — барабанил он в дверь.
Заспанная акушерка открыла.
— Заходи, милая, — увела Свету. — А ты, папаша, звони потом.
Через четыре часа она родила мальчика. Ошеломлённый Артём поехал к матери.
— Поздравляю. Теперь марш в магазин — всё купим для внука! — скомандовала она.
Они набрали полные сумки. Вечером Артём отмечал с друзьями в баре.
— А что празднуем? — раздался знакомый голос. На плечо легла нежная рука. — Привет, красавчик.
— Даша? — удивился он.
— Осторожнее, у него сын родился! — засмеялись друзья.
Больше он ничего не помнил. Очнулся в незнакомой комнате.
— Проснись, папаша, — стояла над ним Даша.
— Я у тебя?
— Привезла. Тебе к жене что ли? — усмехнулась она.
— Почему я голый?
— Расслабься. Ты ей не изменил, — она потянулась к нему.
Артём увернулся.
— Завтракать будешь? — криво улыбнулась она.
Он оделся и ушёл.
Через три дня Артём с букетом, тёщей и матерью забрал Свету из роддома.
— Держи сына, — акушерка сунула ему свёрток.
Он ожидал увидеть пухленького ангелочка, но младенец был красным и сморщенным. В груди шевельнулось что-то холодное.
Дома ребёнок сразу закАртём подошёл к Свете, обнял её и сына, и впервые за долгое время почувствовал, что это — его семья, и он не променяет её ни на что.