— Молодой человек, вы мою машину задели! — на тротуаре стояла высокая женщина в элегантной норковой шубке, сверкая холодным взглядом.
— Лучше бы парковались нормально, — проворчал Дмитрий. — Права, наверное, купили, а теперь других подставляете. Женщинам за руль вообще нельзя!
— Вы видите эти сугробы? — она резко махнула рукой в сторону заснеженной обочины. — Где мне было ставить машину? На крышу? Сейчас вызову ДПС!
Дмитрий сник. В этом месяце у него уже был штраф за превышение, а теперь еще и это.
— Я тоже въехал в сугроб. Вы же не думаете, что я специально?
— И что предлагаете? — ледяной тон не предвещал ничего хорошего.
— Давайте решим на месте.
— Нет. Это принципиально. Я против сексизма.
— Чего?
— Против ненависти к женщинам!
— Ладно, я был резок, — скрипя зубами, пробормотал Дмитрий. — Оплачу царапину. И сверху компенсацию. Сколько?
После долгих споров женщина сдалась. Дмитрию даже показалось, что она намеренно тянула время, чтобы вытянуть больше денег. В итоге он отдал круглую сумму, лишь чтобы избежать проблем.
С тяжелым вздохом Дмитрий уставился в телефон. Счет снова в минусе. А у Вероники день рождения, а у него нет подарка…
Он открыл банковское приложение: осталось всего пять тысяч. До зарплаты еще неделя. Оставалось одно — занять. Дмитрий набрал лучшего друга.
— Брат, сам на мели, — ответил Игорь. — И зачем ты столько ей отвалил? Видно же, что дама не бедствует. С такими только через гаишников. Или через европротокол — страховка бы все покрыла.
— Решил машину продавать. А если в базе царапину отметят, кто купит? А если гаишники оформят как ДТП? Нет у тебя знакомых, кто даст в долг? На неделю. У Вероники праздник. Без подарка — никак.
— Ну да, с пустыми руками к такой не придешь, — рассмеялся Игорь. — Но помочь не могу, прости.
Дмитрий сунул телефон в держатель, приоткрыл окно и задумался. Прошел час, как та женщина скрылась за поворотом, а он всё сидит в машине. Он действительно старался быть осторожным, но колесо съехало на лед, и машину повело…
И тут его осенило: где-то же была кредитка! Как он мог забыть? Сердце забилось чаще. Он рванул в ювелирный, чтобы купить те самые серьги, которые присмотрел для Вероники.
Вечером Дмитрий стоял у двери, не решаясь позвонить. В руке — скромный букет роз, в кармане — бархатная коробочка.
Он вспоминал, как год назад познакомился с Вероникой — умной, красивой, недосягаемой. Ее отец — совладелец крупной торговой сети, мама — владелица сети салонов красоты. Родители купили ей квартиру, у двери которой он сейчас дрожал.
— С днем рождения, любимая! — Дмитрий протянул подарки.
— Спасибо, дорогой! — Вероника поцеловала его в щеку. — О боже, это те самые?
— Да… — он покраснел.
— Ты сумасшедший! Они же дорогущие, — прошептала она, доставая серьги. — Но какие красивые…
Так было всегда. Вероника, несмотря на богатство, считала каждую копейку. Готовила сама, убиралась сама, лишь раз заказала уборщицу — когда сломала ногу.
Но Дмитрий чувствовал разницу. Он вырос в семье, где холодец варили из куриных лапок, а на день рождения пекли «картошку» из печени.
— Надеюсь, ты не против… У меня гости, — улыбнулась Вероника.
— Я думал, тут уже толпа, — засмеялся он.
— Ты же знаешь, я не люблю шумные праздники. Пойдем, стол накрыт. — Она взяла его за руку. — Мам, пап, это мой Дима.
Дмитрий застыл, но не подал вида. Поздоровался.
— Почему не предупредила? — шепнул он ей на ухо. — Я бы подготовился…
— Не волнуйся. Они должны были улететь, но сделали сюрприз. Все будет хорошо.
— Угу, — буркнул он себе под нос.
Родители Вероники изучали его, как экспонат.
— Расскажите о себе? А то сидим, будто чужие, — сказал отец с натянутой улыбкой.
— Да, интересно, — добавила мать.
— Я работаю в банке. Окончил колледж, потом заочно университет…
— В банках сейчас есть перспективы? — мать переглянулась с отцом.
— Ограниченные, — ответил тот, игнорируя Дмитрия.
— Не согласен, — резко вставил он. Все обернулись. — Через год стану начальником отдела, а через три — региональным управляющим…
— И это перспективы? — усмехнулась мать.
— А вы сразу купили три салона? — спросил Дмитрий.
Улыбки исчезли.
— Я их заработала, — холодно ответила мать. — Начинала с дешевой парикмахерской.
— Тогда почему плохо начинать с банковского менеджера?
— Я на минуту вышла, а тут уже дебаты! — Вероника стояла в дверях, скрестив руки. На ушах — новые серьги.
За ужином царило молчание. Первой нарушила его мать.
— Дмитрий, как вы относитесь к сексизму? — спросила она с усмешкой.
— Крайне отрицательно, — спокойно ответил он.
— Удивительно, что вы знаете это слово, — язвительно заметила она.
— Сегодня утром одна дама меня этому слову научила.
Вероника недоуменно посмотрела на мать, затем на него. Дмитрий был напряжен, мать — в раже.
Скандала не избежать…
В голове Вероники пронеслось: утром мать жаловалась на «хама на парковке»…
— Хватит! Оба! — резко сказала она, повернувшись к матери. — Ты утром рассказывала про парня, который тебя «обидил». И про сексизм. Теперь здесь о нем же. Это не случайно.
— О чем говорить? Что твой кавалер мне утро испортил? — надула губы мать. — Знай, что это он, я бы ему устроила!
— Дима, почему сразу не сказал, что знаешь маму? — разочарованно спросила Вероника.
— Не хотел портить праздник. Да и виноват я — машину задел, нагрубил…
— Какую машину? — вмешался отец.
— Сугроб зацепил, машину повело… — начал оправдываться Дмитрий.
— Покажешь. Оформляли? — отец строго посмотрел на жену.
— Да что смотреть! Царапинка… Мы уже разобрались. Да,— Мы уже разобрались, но если хотите, я покажу, — спокойно сказала мать, но в её глазах мелькнула тревога, и в тот же миг Вероника поняла: горки, о которых она мечтала, станут не только её счастьем, но и началом чего-то нового для всех.