Дорогая свекровь, приглашаю вас на наш развод!
Когда сын распахнул дверь своей квартиры в Нижнем Новгороде, Ольга Степановна, переступив порог, с тревогой в голосе спросила:
— Ты один?
— Ну да… — удивился Дмитрий.
— А где Анастасия?! Уже ушла? Всё, конец? — голос свекрови дрожал.
— Мам, о чём ты? — Дмитрий пожал плечами, не понимая, к чему это.
— Значит, опоздала… — Ольга Степановна тяжело вздохнула, прошла в гостиную и села на край дивана, будто боялась лишнее место занять.
— Мам, что случилось? — Дмитрий насторожился, чувствуя, как сердце сжимается.
— А ты хочешь сказать, что всё в порядке?! — она взглянула на него так, будто он скрывал нечто страшное.
— А что, разве не так? — сын растерялся.
— Димка, объясни сейчас же, что это за ерунда?! — Ольга Степановна достала из сумки открытку с увядшим цветком и сунула её Дмитрию. — Утром нашла это в ящике. Приглашение на развод!
Дмитрий взял открытку, пробежал глазами аккуратные строки: «Дорогая свекровь, приглашаю вас на наш развод! Ваша невестка Анастасия». Он застыл.
— Мам, ты правда думаешь, что это всерьёз? — спросил он, стараясь не выдавать растерянность.
— А ты хочешь сказать, что я сама себе это написала?! — Ольга Степановна всплеснула руками.
— Нет, просто… Настя? Серьёзно?
— Кто — Настя?
— Ну, твоя невестка…
— Хватит мудрить! Говори прямо! До развода дошло? Вы же меньше года вместе! Где она?
— Мам, успокойся, всё нормально. Настя на работе… наверное. Утром как обычно. Это, скорее, шутка. Из-за борща…
— Шутка? Из-за борща?! — свекровь смотрела на него, как на безумца.
— Ну да, из-за борща, — Дмитрий почесал затылок. — Она вчера впервые сварила. Ну, я сказал, что… не то чтобы… Не как у тебя.
— И что? — Ольга Степановна прищурилась.
— Она расстроилась, хотела вылить. Потом заявила, что готовить не будет, пока я всё не съем. Ну, я в ответ ляпнул, что, мол, разведусь, если она откажется стряпать…
— Шутка?! Ты ей про развод — в шутку?! — Ольга Степановна вскочила, глаза горели.
— Я потом сказал, что пошутил, но ссора уже началась…
— Весь в отца! — она шагнула на кухню. — Где этот борщ?
— Зачем? — Дмитрий замер.
— Будем есть. Понял?
— Мам, он не очень…
— Сейчас покажу тебе «не очень»! Иди сюда!
Ольга Степановна поставила кастрюлю на плиту.
— И ключи от квартиры принеси!
— Это зачем?
— Принеси, я сказала!
Дмитрий, вздохнув, подал ключи. Мать сунула их в карман.
— Садись! — она налила борщ в тарелки.
Первой взяла ложку и стала есть, не сводя глаз с сына. Дмитрий нехотя последовал её примеру.
— И это ты называешь невкусным? — Ольга Степановна доела и строго посмотрела. — Нормальный борщ!
— Ну, у тебя лучше…
— У меня тридцать лет опыта! А твоя жена только учится! Ешь!
Минуты три они ели молча. Когда Дмитрий опустошил тарелку, протянул руку:
— Мам, давай ключи.
— Не дам, — она ухмыльнулась. — Сначала задание.
— Какое?
— Вот. На полке книга «Щи да каша — сила наша». В воскресенье мы с отцом придём. И ты приготовишь три блюда оттуда!
— Я?! — Дмитрий чуть не подавился. — У меня же жена!
— Нет, сынок. Жена тебе лук почистит. Всё остальное — твоё. А я похвалю её борщ. А ты… Разводиться собрался! Хочешь, как мы с твоим отцом, — проживи двадцать лет, тогда и поговорим!
— Ладно… — пробормотал Дмитрий.
— Без разговоров! А если отлынивать будешь — отец тебя за уши оттаскает. Ты знаешь, как он любит поесть…
Ольга Степановна встала, бросив на сына строгий взгляд. А внутри у неё бушевало: как уберечь эту семью от глупостей? И как объяснить сыну, что любовь — это не только смех, но и терпение, даже если борщ чуть пересолен?