— Бабуля, а ты можешь стать бабушкой ещё кому-нибудь?
— Ой, Дашуня, что за речи? Не пойму я тебя.
— Ну смотри, у всех во дворе бабушки есть. У кого одна, у кого две, а у меня аж четыре. Две свои, да ещё по одной у мамы с папой. А у Кольки — ни одной. Мне его так жалко.
— Так ты предлагаешь мне стать ему бабушкой?
— Ну ты же у нас самая добрая! Не отдать тебя, а поделиться. Чтобы и ему блины пекла, и шапку на зиму связала.
— Эх ты, моё солнышко… Была у Кольки бабушка Татьяна. Мы с ней с первого класса дружили. Как сестры, не разлей вода. Только погибла она… В той аварии. Как раз когда Колька родился.
— Бабуля, ты чего плачешь?
— Больно, родная. Поехали они с дедом за молодой мамой в роддом. Утром выехали. А навстречу — фура, здоровенный КамАЗ. Шофёр заснул… Лоб в лоб. Их не стало. Ох, как же тяжело…
— Бабуля… Не плачь. Я всё равно Кольку к нам звать буду. Он твои оладушки обожает. И варежки ему к зиме свяжи, ладно?
— Обязательно свяжу. Только, Дашенька, ни слова ему. Раз мама не рассказала — значит, так надо. Ты ведь умеешь молчать?
— Умею, бабуля. Честное пионерское.
— Умничка. А теперь беги к ребятам — скоро суп остынет.
Я выскочила во двор и давай скакать на скакалке. Пацаны у Серегиного гаража соревновались, кто дальше плюнет. Лидировал Серега — по рожам видно: он орал от смеха, а Колька с Витькой кислили.
— Эй, народ! Кто-то въехал в пустую дачу! Пошли глянем!
— Кто последний — тот сопливый котёнок!
Мы гурьбой рванули на соседнюю улицу. Дача пустовала уже второй год. А сегодня возле неё — грузовик, мужики таскают мебель. Подбежали. Один дядька в кепке снял её, вытер лоб:
— Пацаны, где тут водички набрать?
— Я из дома принесу!
— А можно у колонки!
— Покажете?
— Пошли, покажем. А кого вы привезли?
— Бабушку одну. Вы с ней по-хорошему, а? У неё никого не осталось. Больше ничего не знаю.
— Мы не злые! А можно завтра познакомиться?
— Да хоть сегодня.
Мы разбежались, а Колька остался. Он мечтал стать шофёром. Ему даже солярка нравилась. Залез на яблоню перед домом и сидит, смотрит.
Вдруг под деревом голос:
— Прости, сынок. Не хочу мешать, но мне некуда деваться. Ключи потеряла. Можешь в форточку залезть и дверь открыть?
Колька замер, потом кивнул.
— Меня Колька зовут. Я помогу. Только подсадите.
Спрыгнул и оказался рядом с маленькой бабушкой с тёплыми глазами.
— А пирожки с чем любишь, Коль?
— С вареньем. И с капустой!
— Запомню. Через день зови друзей — напеку.
Полез в форточку, открыл дверь. В доме пыль и пустота. Рубашку порвал — расстроился. Мама ведь будет ругать. Но бабушка сказала, что зашьёт. И зашила — утром и не видно было.
С тех пор у Кольки появилась бабушка. Чужая, но родная. Вязала ему носки, сказки читала, на чай звала. Даже мама Коли стала к ней заходить. А однажды бабушка Нина слегла.
Мы с Колькой варили ей суп. Я газ зажигала, он картошку чистил. Витька даже печку затопил, когда похолодало. Конечно, взрослые помогали, но Колька за ней ухаживал пуще всех. Это же его бабушка.
Теперь у него, как у всех, есть бабушка. Своя. Пусть и не по крови. Но самая настоящая.