Спасибо, мама, за твой подарок
Наталья вышла во двор и замерла от красоты. За ночь земля побелела. Пушистые снежинки медленно ложились на пожелтевшие листья, ещё державшиеся на ветках, на асфальт и припорошённые машины.
Она протянула руку. Хлопья таяли на ладони. Сделав несколько шагов, Наталья услышала знакомый хруст под ногами — верный признак скорого Нового года с мандаринами, украшенной ёлкой и тёплым ожиданием чуда.
В магазине девушка взяла мандарины, молоко, конфеты. У кассы зазвонил телефон.
— Наташ, приедешь сегодня? — спросила мама.
— Конечно. Что случилось?
— Ничего. Хочу тебе кое-кого показать. Приезжай к обеду. — В голосе матери слышалось возбуждение.
— Опять сына какой-то подруги решила мне подсунуть? — Наталья скривилась.
— Сюрприз. Увидишь, — таинственно ответила мать и положила трубку.
Интересно. Такого бодрого голоса Наталья не слышала от неё давно. После расставания с Дмитрием она прибегала к маме в слезах. Та сначала утешала, но потом испортила всё фразой: «Я же предупреждала». Да, была права. Но от этого не легче. Они поссорились, и с тех пор Наталья звонила редко, стараясь справляться одна.
Отойдя от кассы, она взяла небольшой торт. Неловко приходить с пустыми руками.
Дома девушка гадала, что за сюрприз приготовила мать. На всякий случай вымыла волосы, слегка завила концы, подкрасила губы. Надела тёмно-синюю юбку и розовый свитер. Улыбнулась своему отражению. Какой бы ни был сюрприз, она встретит его достойно.
«Дмитрий ещё пожалеет», — подумала Наталья, надевая пальто.
Мать открыла дверь, и девушка замерла. Глаза мамы блестели, щёки горели румянцем, а новая стрижка будто сбросила с неё лет десять.
— Ты выглядишь потрясающе, — сказала Наталья, подавая торт.
— Спасибо. — Мать смущённо улыбнулась. — Раздевайся, идём в комнату.
«Наверное, гостей позвала». Наталья быстро поправила волосы и вошла. С дивана поднялся крепкий мужчина лет пятидесяти в простой рубашке и тёмных брюках. Лучики морщин у глаз выдавали привычку часто улыбаться. Он разглядывал девушку с любопытством.
— Наталья, это Михаил Семёнович, мой старый друг. — Мать обняла дочь за талию, заглядывая в лицо.
— Я так и поняла, что из деревни, — холодно ответила Наталья.
— Пойдёмте обедать, суп остынет. — Мать опустила руку и вышла на кухню.
Наталья села на своё обычное место — спиной к холодильнику. «Неужели он сядет на место отца?» — мелькнула мысль. Михаил сел напротив. Между ними — мама. Так они сидели всегда, пока был жив отец.
— Значит, хотела познакомить? Не ожидала от тебя. Понятно, почему так преобразилась, — язвительно сказала Наталья.
— Зачем так? — Мать укоризненно посмотрела.
— Соскучилась по кулакам? Мало тебя отец бил? Или бутылку забыли принести? — Наталья смерила Михаила взглядом.
— Он не пьёт. Он… — мать запнулась.
— Не надо, Люба, — мягко остановил её Михаил.
— Сейчас вы играете в трезвенника, а потом покажете нрав. Мама, ты что, замуж собралась? Это и есть сюрприз?
Слова лились сами собой. Наталья не могла остановиться. В глазах матери заблестели слёзы. Михаил смотрел в тарелку.
— Всё? — неожиданно резко спросила мать. — А что я видела в жизни? Пьянки да побои. Ты убегала к соседям, когда он злился. Мы бродили по улицам, пока он не заснёт. Я вытаскивала у него деньги, пока он спал, покупала тебе платья… Ты ничего не знаешь! — Она вдруг замолчала, всхлипнув.
Наталья не видела мать такой никогда. Робкая, забитая, она боялась даже возражать.
— Пора было сказать. — Мать глубоко вздохнула. — Это твой отец. Михаил Семёнович Воронов — твой отец.
— Что? — Наталья отпрянула, уставившись то на мать, то на незнакомца.
— Да. Мы любили друг друга со школы. Потом он ушёл в армию. Я призналась матери, что беременна. Та била меня полотенцем, потом привела в дом соседа — Сергея. Сказала, чтобы я не дурила. Он согласился жениться, и мы уехали в город. Я родила тебя. Не любила его. Может, он догадывался, потому и пил. Михаилу я написала, что вышла замуж. Он не знал о тебе.
Прошлым летом я поехала в деревню к брату и встретила его. Он сказал, что не винит меня. Всю жизнь любил только меня. Я уеду к нему. Квартиру оставлю тебе. Хватит скитаться по съёмным углам. Хочу прожить остаток дней с ним.
Наталья слушала, не в силах принять правду. Да, отец был не подарок. Но он был. А теперь — чужой мужчина. Она встала и вышла.
— Наташа! — крикнула мать.
— Не надо. Пусть осмыслит, — тихо сказал Михаил.
«Нашёлся защитник», — зло подумала Наталья, захлопнув дверь.
По дороге домой снег кружил, навевая воспоминания. Однажды они с матерью бежали от разъярённого отца. Тогда Наталья завидовала людям за светящимися окнами — тем, у кого был покой.
«Мать всю жизнь терпела, ходила в старье. А ведь ещё молодая. Может, правда, он её любит. А я наговорила гадостей…»
Через несколько дней Наталья решила извиниться.
Мать открыла дверь, обрадовалась. В комнате стояли чемоданы.
— Мы собираемся. Уезжаю к Михаилу в деревню, — сказала она счастливо.
— А работа?
— В селе почта есть, в соседнем — молокозавод. Устроится, — улыбнулся Михаил.
— Приезжай в гости. У него крепкое хозяйство. Раньше боялась, что скажут люди. А теперь плевать.
Наталья проводила мать, переехала в её квартиру. На Новый год приехала в гости. Дом, баня, огород. Мать сияла. Как в детских мечтах.
А весной позвонил Михаил. Мама умерла ночью. Порок сердца…
НатаИ тогда, глядя на снег за окном, Наталья поняла, что мама, даже уйдя, подарила ей не только прошлое, но и будущее — новую семью, которую она так искала.