**Роковая лыжня**
Глухо грохотали колёса электрички, мерно отсчитывая километры. За окном мелькали заснеженные сосны, сквозь хвою проглядывало бледное зимнее солнце. В вагоне галдела ватага студентов-медиков. У входа лежали их лыжи — верный признак предстоящего приключения.
Душой компании был Саша Морозов — статный, спортивный, гордость университета, кандидат в мастера спорта по лыжам. Каждую зиму он защищал цвета альма-матер на соревнованиях и неизменно возвращался с медалями. Его отец, человек с весом в областной администрации, обеспечивал сыну все условия. Местная знаменитость, одним словом.
Перед Новым годом Морозов предложил выбраться на турбазу — тихую, затерянную в лесу. Там можно было отдохнуть, покататься, повеселиться. Группа согласилась, хотя, кроме самого Саши, лыжами всерьёз никто не увлекался. Но кто откажется от зимней романтики?
Люда стояла на лыжах разве что на школьных уроках физкультуры. Но разве можно было не поехать, если зовёт сам Морозов? Готова была на всё, лишь бы быть рядом.
В вагоне она прижалась к его плечу, растворяясь в счастье, не замечая, как Игорь Лавров бросает на неё ревнивые взгляды. Да и не только он. Анжелика тоже нервно поглядывала в их сторону. *«Ну что он в ней нашёл?»* — кричал её взгляд.
Сама Люда порой удивлялась. Вокруг столько ярких девушек, а он выбрал её — скромную, хоть и лучшую на курсе. Недавно даже заговорил о свадьбе — правда, после диплома. Влиятельный отец поставил условие: никаких браков до окончания учёбы. Иначе — никакой протекции в престижную клинику.
До выпуска оставалось полтора года. О чём волноваться? Люда не думала о будущем — ей было хорошо здесь и сейчас, в тёплом вагоне, рядом с тем, кто сделал её счастливой.
Вышли на платформу и замерли, поражённые красотой зимнего леса. Воздух звенел от мороза. Смеясь, они шагали к турбазе, лыжи на плечах, в предвкушении праздника и веселья.
Разместились в деревянных домиках, и сразу же Морозов собрал всех на лыжню.
— Начнём с малого круга — пять километров. Телефоны при себе, звонить, если что. Здесь безопасно, зверей нет. Я — впереди, Игорь замыкает.
Люда не спешила вставать в голову. Понимала — только помешает. Встала последней. Игорь — за ней. Морозов заметил, но промолчал.
Первая группа стремительно скрылась среди деревьев. Люда быстро отстала. Лыжи скользили, ноги горели, руки одеревенели. Она задыхалась, ловя ртом колючий воздух. Позади слышалось шуршание лыж.
— Обгоняй! — крикнула она, оглянувшись.
Но Игорь не торопился. Люда уже жалела, что поехала. Лучше бы осталась в домике, пила чай… Вдруг рядом хрустнула ветка — будто кто-то продирался сквозь чащу. Она дёрнулась, потеряла равновесие, упала. Резкая боль пронзила ногу. Крик вырвался сам.
— Что случилось? — Игорь был рядом.
— Нога… — сквозь слёзы прошептала она.
Он осторожно присел, осмотрел голень.
— Перелом. — Достал телефон. Нет сети. Чёрт.
— Лен, держись. Морозов быстрый. Может, сделает второй круг…
— Он говорил, что только один…
— Тогда ждать. Мы на середине. Долго, но выбора нет.
Она сидела на снегу, дрожала.
— Я отойду — может, ловит связь. Не уйду далеко.
Она не ответила. Её бил озноб.
Через минуту он вернулся.
— Есть сигнал! Позвонил. Саша скоро будет.
Снял куртку, накинул на неё. Люда кивнула, слёзы катились по щекам.
Сам он прыгал на месте, чтобы не замёрзнуть.
Наконец на лыжне показался Морозов.
— Что случилось?
— Ногу сломала, — прошептала Люда.
Он прицепил к поясу пластиковую волокушу.
— Сейчас переложим тебя. Снегоход сломан, потащим вручную.
Она кричала от боли, мешала.
— Люда, хватит! Или хочешь тут замёрзнуть?
Игорь молчал. Значило — делай, как говорит Саша.
Уложили её. Игорь накрыл курткой.
Морозов потянул волокушу, легко скользя по лыжне, будто вёз пушинку. Игорь плелся следом.
На турбазе ему растирали лицо, сунули чай. Люде сделали укол — она перестала плакать.
Через два часа приехала скорая.
— Ты с нами? — спросила она у Саши.
— Не могу бросить ребят. Позвоню. Приеду в город.
Дорогой она рыдала. Укол усыпил её.
Перелом оказался несложным. Гипс, больница. Игорю обработали обморожение и отпустили.
На следующий день он пришёл с апельсинами и книгой.
— Весь Новый год в гипсе… — ныла она.
— Вместе будем. С моей-то рожей людей пугать, — шутил он.
Но ей было не до смеха. Она мечтала о камине на даче у Саши. А теперь…
Морозов позвонил лишь единожды. В воскресенье не пришёл. Во вторник заскочил на пять минут.
— Он же ребят не бросил, — оправдывала она, когда Игорь намекал, что его чувства — иллюзия.
Но потом подруга Жанка рассказала: на турбазе Саша крутил роман с Анжеликой. Та хвасталась, что он звал её на дачу.
Это был удар.
Игорь на такси забрал её домой. Помогал с учёбой, возил на экзамены.
Новый год она встретила с родителями. Под бой курант загадала: *«Пусть любимый не бросает…»*
Но Вселенная распорядилась иначе.
Нога зажила. Саша её не замечал. Игорь был рядом.
Летом она вышла за него. Он знал — не любит. Но верил: его любви хватит на двоих.
После института уехали в его город. Родился сын.
Прошло пять лет. Вернулись на курсы.
Игорь возмужал, в очках выглядел солидно. Люда расцвела.
В коридорах встретили Морозова. Он сделал вид, что не узнал.
Кто-то шепнул: *«Отец тащит по карьере. Женат, но гуляетОна взяла Алексея за руку, и в этот момент поняла, что самое заветное желание уже сбылось — рядом с ней был единственный, кто любил её по-настоящему.