В те давние времена, когда жизнь текла медленнее, а нравы были проще, жила-была одна женщина по имени Татьяна Сергеевна Морозова. Лицо у неё было вытянутое, с тёмными, будто на выкате, глазами, крупными зубами и тяжёлым подбородком. Зато волосы – густые, чёрные, вьющиеся крупными кудрями. Если собрать их на затылке, получалась пышная причёска, но тогда все недостатки лица становились ещё заметнее. Потому Татьяна всегда ходила с распущенными волосами.
Фигура её тоже была словно слеплена неискусным мастером – то ли широковата, то ли угловата. Но фигуру можно прикрыть платьем, а вот лицо…
Бывало, идёт она по улице, а сзади кто-нибудь крикнет:
— Эй, красавица, давай познакомимся!
Но стоило ей обернуться, как парень тут же лепетал извинения и быстро ретировался.
— Зачем такой уродине такие волосы? — вздыхали завистливые подружки.
И сама Татьяна готова была отдать их за любые жидкие и блёклые, лишь бы хоть чуть-чуть стать привлекательнее.
Друзей у неё не было, а вот один мальчик нравился. Он сидел за соседней партой и часто просил списать домашку или подсказать на контрольной. Училась Татьяна на отлично.
Как-то раз он пригласил её в кино. Татьяна была на седьмом небе от счастья. После сеанса они шли домой, болтали, но парень то и дело озирался.
— Кого высматриваешь? Боишься, что тебя увидят со мной? — прямо спросила Татьяна.
Тот покраснел и смутился.
У подъезда он неловко чмокнул её в щёку — и тут же из-за угла раздался хохот его дружков. Всё стало ясно: пари.
— И что тебе за это обещали? — выкрикнула Татьяна и убежала.
Больше она на него не смотрела и списывать не давала.
— Не горюй, — утешала её мать, сама не блиставшая красотой. — Я же замуж вышла, и ты выйдешь.
Школу Татьяна окончила с золотой медалью и поступила на экономический факультет. Училась легко, получила красный диплом, но с завистью смотрела на симпатичных сокурсниц, которые успевали и гулять, и замуж выходить, и даже детей рожать.
После вуза отец, известный в городе адвокат, устроил её в солидную фирму. Коллеги бежали после работы домой, к мужьям и вечно сопливым детям, а Татьяна допоздна засиживалась, доделывая за всех. Ей некуда было спешить.
Коллеги ценили её за надёжность, начальство — за усердие. Из благодарности пытались знакомить с холостыми друзьями мужей — чаще всего это были разведённые мужчины, оставившие жилплощадь бывшим жёнам. Уставшие от съёмных углов, они рады были прибиться к любому берегу — хоть и к такому, как Татьяна. Но ей хотелось любви, а не удобного союза. По ночам она плакала в подушку, корила судьбу за некрасивую внешность.
Потом умер отец, через два года — мать. Осталась Татьяна одна на свете. Возраст подкрадывался незаметно, а мечта о ребёнке так и оставалась мечтой.
— Поезжай на юг, — посоветовала коллега. — У нашего директора была та же проблема. Жена не могла забеременеть, а он — бесплодный. Так они в Сочи съездили, она там с официантом… И теперь у них наследник растёт.
Татьяна махнула рукой, но отпуск взяла и поехала. На набережной познакомилась с приятным мужчиной — статным, крепким. Не стала юлить, честно сказала, чего хочет. Тот не засмеялся, только внимательно посмотрел — и понял.
Вернулась она загорелая, отдохнувшая — и вскоре узнала, что беременна. Родила девочку, назвала Викой.
Акушерка, принимавшая роды, всё понимала. Никто не пришёл к Татьяне с цветами, никто не кричал под окнами благодарностей. Зато доктор подарила смесь, памперсы и оставила свой номер: «Звони, если что».
Вика росла красавицей — вся в отца, кроме густых волос. Избалованная, капризная, училась плохо. В выпускном классе влюбилась в мотоциклиста, сбежала с ним в Москву.
Татьяна плакала, но погрузилась в работу. Прошёл год — звонок от акушерки:
— Твоя Вика в роддоме. От ребёнка отказалась.
Татьяна примчалась. Дочь походила на облезлую кошку.
— Забирай его, если хочешь, — равнодушно сказала Вика. — Но дай денег.
Татьяна отдала все сбережения. Назвала внука Дмитрием — в честь того самого мужчины на набережной.
Вика исчезла. А Татьяна растила Димку, не баловала, боясь ошибок прошлого. Мальчик звал её мамой.
Но однажды пришло письмо из Америки. Вика писала, что вышла замуж за богатого старика, но родить не может. Теперь муж требует привезти сына…
Татьяна похолодела. Но Димка, прочитав письмо, твёрдо сказал:
— Бабушка, я никуда не поеду.
Прошло время. Вика больше не писала. Лицо Татьяны покрылось морщинами, но стало мягче, добрее. Оглядываясь назад, она ни о чём не жалела. Пусть не было в её жизни большой любви — зато была любовь к внуку, всепоглощающая и жертвенная.
Лишь бы Бог дал сил пожить подольше…