Я мечтал однажды прийти к тебе и сказать, что люблю…
Евдокия Степановна положила последнюю проверенную тетрадь на стопку у края стола. Теперь оставалось только выставить оценки за четверть. За окном давно стемнело, и редкие снежинки медленно кружились в свете фонарей.
Вдруг за дверью раздался грохот железного ведра, а на пол шлёпнулась мокрая тряпка. Это баба Тоня, школьная уборщица, поднялась мыть коридор. Увидев свет под дверью учительской, она громко буркнула:
— Сидят тут до ночи, полы пачкают! Домой бы шли…
Швабра зашуршала по линолеуму, будто поддакивая ей.
«Меня всё равно никто не ждёт, — вздохнула про себя Евдокия Степановна. — Придётся тебе, Антонина Петровна, ещё немного потерпеть».
Она открыла классный журнал.
Через сорок минут, устало захлопнув его, она поставила его на полку рядом с другими и прислушалась. В коридоре было тихо. Надев пальто перед зеркалом, взяв сумочку, Евдокия Степановна выключила свет. Влажные полы поблёскивали под тусклым светом ночной лампочки.
Спустившись на первый этаж, она не увидела охранника. Заглянув в его каморку, она повесила ключ в шкафчик со стеклянной дверцей.
— Ушла! Учительскую закрыла, ключ на месте! — крикнула она, нарушая тишину школы.
Никто не ответил, но она знала — школа никогда не остаётся пустой. Кто-то из охраны всегда остаётся на ночь.
— До свидания! — громко попрощалась она и вышла на улицу.
Оглянувшись, она увидела пожилого охранника, который запирал дверь изнутри.
Лёд во дворе, натоптанный сотнями учеников, уже припорошило снегом. Осторожно перейдя двор, Евдокия вышла за чугунные ворота.
Улица была пустынна. Редкие машины проезжали мимо. Она ускорила шаг.
С детства Дуся играла в школу, мечтала стать учительницей. Куда же ещё, если мама преподавала литературу? После школы она поступила в пединститут.
Парней на их факультете было мало, да и те обращали внимание только на красавиц, к которым Дуся себя не относила. К выпуску у неё не было ни мужа, ни даже парня.
Она не переживала — успеется. Выглядела она моложе своих лет, и её часто принимали за старшеклассницу. Зато мама беспокоилась.
— Не дай бог тебе повторить мою судьбу — поздно выйти замуж и родить первого ребёнка только к сорока, — вздыхала мать.
Но разве её переживания помогут найти мужа?
В окнах домов мигали новогодние гирлянды. Дуся не собиралась ставить ёлку — зачем, если праздновать она всё равно пойдёт к родителям?
Свернув в переулок, она вдруг услышала шаги за спиной. Сердце ёкнуло, она оглянулась.
В нескольких шагах шёл мужчина в капюшоне, лицо скрывала тень. Крепче сжав сумочку, она ускорила шаг.
Дойдя до угла, она резко свернула и прижалась к стене, затаив дыхание. Но мужчина не прошёл мимо. Не выдержав, она выглянула — и тут же столкнулась с ним.
— Что вам нужно?! — голос дрожал. — Я полицию вызову!
Мужчина сбросил капюшон.
— Евдокия Степановна, это же я, Артём Соколов, — он улыбнулся.
— Артём? — Она не узнала в этом высоком широкоплечем мужчине своего бывшего ученика. — Ты что, грабить меня собрался? — в голосе звенел испуг.
— Да нет же! Я вас уже неделю провожаю — темнеет рано, переулки тёмные. Сегодня вы особенно долго задержались.
— Часто провожаешь? — она задумалась. — Не замечала. Да, сегодня тетради проверяла, оценки выставляла.
— А ёлка в школе уже стоит? — спросил Артём, всё так же улыбаясь.
— Вчера поставили. — Она тоже улыбнулась.
— Я обожал, когда в коридоре пахло хвоей, — мечтательно сказал он. — И учиться в последние дни перед Новым годом было совсем невозможно. Пойдёмте, провожу.
— Не надо, тут близко.
— Да не бойтесь, — он стал серьёзнее. — Я вас давно не видел.
Они шли по пустой улице. Дуся расспрашивала, чем он занимается. Артём рассказал, что работает в IT, собирается открыть своё дело с другом.
— Вы его знаете — это Костя Белов. Если что с компьютером — обращайтесь.
Они остановились у её дома.
— Ни разу не видел, чтоб в ваших окнах горел свет, — тихо сказал Артём. — Вас никто не ждёт.
— Тебе бы в детективы идти, — она засмеялась, поблагодарила и повернулась к подъезду.
— А в гости не позовёте? — раздалось за спиной.
— Поздно, я устала.
На следующий день она ушла пораньше. Не успела раздеться, как раздался звонок. Думая, что это мама, она открыла дверь — на пороге стоял Артём с ёлкой и коробкой игрушек.
— Здравствуйте, Евдокия Степановна. Решил, что вам ёлка нужна.
— Спасибо, но я у родителей буду праздновать. — Она увидела, как улыбка сошла с его лица. — Ладно, заходи.
Он поставил ёлку у окна, и комната наполнилась хвойным ароматом. Они украшали её, иногда случайно касаясь друг друга. Потом пили чай на кухне.
— Можно я вас буду звать Дусей? — вдруг спросил он. — Мы ведь не в школе.
Ей понравилось, что он не назвал её Дунькой.
— Я видел, как друзья вас называют в соцсетях.
— Что ещё обо мне знаешь? — она насторожилась.
Он рассмеялся.
— Можно на «ты»? Мы же не учитель и ученик теперь. — Он посмотрел на неё. — Я в тебя в школе влюбился. Ты так мило краснеешь, когда двойки ставишь.
Она растерялась.
— Артём, я старше тебя…
— Да всего на пять лет. Разве это важно?
— Ты что, на мне жениться собрался? — она опешила.
— Я тебя столько лет любил, — голос дрогнул. — Хочу, чтобы мы встретили Новый год вместе. Дай мне шанс.
«А почему нет? — подумала она, краснея. — Родители будут рады. Мама перестанет твердить про биологические часы».
— Хорошо.
— Правда? — лицо его просияло. — Тогда ты накрывай стол, а я шампанское принесу.
Он встал. Они смотОни поженились весной, а к этому Новому году в их квартире уже звенел детский смех.