Да что ты смыслишь в готовке! резко отрезала Галина Сергеевна, вырывая у невестки Оли из рук сковородку. Гречневую кашу приготовить целая наука!
Оля стояла посреди своей кухни в полном недоумении. Всего три дня назад свекровь переехала к ним «на время ремонта», но уже успела перевернуть всё с ног на голову.
Галина Сергеевна, тихо, но твердо сказала Оля, это моя кухня. Я сама решаю, что и как готовить.
Твоя? усмехнулась та. А кто квартиру покупал? Мой сын! Значит, и я здесь хозяйка не меньше тебя!
В этот момент что-то внутри Оли надломилось.
В свои сорок три года она привыкла уступать. Работа в школе научила её терпению. Но то, что творилось в её доме, выходило за все рамки.
Галина Сергеевна появилась в воскресенье с двумя огромными чемоданами.
Придётся у вас пожить пару недель, бодро объявила она.
Иван, муж Оли, как всегда, когда дело касалось матери, превращался в тряпку.
Конечно, мама, устраивайся.
И началось. Свекровь перемыла всю посуду, переставила мебель, выкинула половину цветов «пыльники». На второй день взялась за кухню, избавившись от всех «заморских» приправ. Иван молчал.
Да брось, потерпи немного, сказал он жене. Она же моя мать. Да и опыт у неё немаленький.
В тот момент Оля поняла помощи ждать неоткуда.
А утром случилось то, что стало последней каплей. Оля проснулась от запаха гари. Влетев на кухню, она увидела, что на плите дымится сковородка, а Галина Сергеевна стоит у окна и болтает по телефону.
Галина Сергеевна! У вас что-то горит!
Ой, ерунда, отмахнулась свекровь.
Оля сама бросилась к плите. Сковородка была безнадёжно испорчена.
Это же моя любимая сковородка!
Ну и что? Зато каша по-настоящему деревенская, с поджаристым дном!
В этот момент на кухню вошёл Иван.
Что здесь происходит?
Вот твоя жена орёт из-за какой-то сковородки, пожаловалась Галина Сергеевна.
Оля, устало сказал Иван, не надо так реагировать. Мама старается.
И тут в Оле что-то щёлкнуло. Она посмотрела на мужа, на свекровь, на испорченную сковородку.
Знаете что, сказала она тихо, но очень чётко, с меня хватит. Галина Сергеевна, раз уж вы здесь хозяйка, то и готовьте сами. И убирайте. И стирайте. А я иду в магазин.
Ты что делаешь? растерянно спросил Иван.
То, что должна была сделать три дня назад. Защищаю свой дом. А вы, Галина Сергеевна, можете жить здесь. Но по МОИМ правилам. Это МОЙ дом, и хозяйка здесь Я.
Да как ты смеешь! всплеснула руками свекровь. Ваня, ты слышишь?
Слышу, неожиданно спокойно ответил Иван. Знаешь, мама, Оля права. Это её дом, и она устанавливает здесь порядки.
Галина Сергеевна открыла рот от изумления.
Но я же твоя мать!
Именно поэтому ты должна уважать мою жену и мой выбор, твёрдо сказал Иван.
Следующие дни прошли в напряжённой тишине. Галина Сергеевна ходила надутая, но правила Оли соблюдала. Через неделю она собрала вещи.
Ремонт закончился? спросила Оля.
Нет, сухо ответила свекровь. Но я поеду к подруге. Там спокойнее.
Оля кивнула. Она понимала свекрови просто не хотелось жить там, где приходилось считаться с чужими границами.
Когда дверь закрылась, Оля почувствовала не облегчение, а пустоту.
Не переживай, обнял её Иван. Мама обидчивая, но отходчивая. Думаю, она поняла, что с тобой шутки плохи.
Вечером Оля сидела на кухне с чашкой чая. Её дом. Её правила. Её жизнь. Она поняла, что иногда надо показать клыки, чтобы тебя уважали. И что настоящий мужчина всегда встанет на сторону жены, даже если придётся выбирать между ней и матерью. За окном распускались новые ромашки. Жизнь шла своим чередом, и теперь Оля знала она хозяйка не только своего дома, но и своей судьбы.