Ветер перемен
Татьяна Игоревна вышла из подъезда и замерла на мгновение. Прищурившись от солнца, она окинула небо оценивающим взглядом — не соберутся ли тучи к вечеру? Лишь затем кивнула соседкам, притихшим на лавочке, и двинулась дальше, гордо подняв подбородок. Женщины тут же оживились, зашептались, провожая её колючими взглядами.
Возраст Татьяны Игоревны оставался загадкой. Пенсионерка, но какая! Седые волосы аккуратно уложены, макияж — строго по годам, фигура — ни намёка на возрастную дряблость. Одни утверждали, что ей под шестьдесят, другие клялись, что едва за пятьдесят. Злые языки шептались о семидесяти и пластических хирургах.
— Да чего ей плохо выглядеть? — шипела одна из соседок. — Муж был как положено — не пил, не бил. Тихо ушёл к молоденькой. Сын — золото, не пьёт, не гуляет. Ни внуков, ни собаки. Живёт, как королева!
— Тебе бы такого, Матрёна? — фыркнула подруга, тыкая её локтем в бок.
— А что? Мой-то Алёшка сопьётся — глядишь, и я заживу! Выйду, зыркну на всех свысока…
Хохот разрезал воздух.
— Глянь-ка, Вадим-то глаз с Татьяны не сводит, — заметила одна.
— Не по зубам ему такая, — вздохнула другая.
— Да чем он плох? Мастер на все руки, не пьёт, — вступилась третья.
— Хватит злорадствовать, — неожиданно раздался голос Вадима, подрезавшего кусты. — Зависть — грех.
Татьяна догадывалась о пересудах. Ловила обрывки фраз, чувствовала на себе взгляды. Но давно перестала обращать внимание.
Жизнь её сложилась обыкновенно. Муж — красавец, женщины за ним толпами. Сколько слёз пролито! Когда он ушёл, думала — сердце разорвётся. Ради сына Дмитрия собралась. А вот мужчин к себе с тех пор не подпускала.
Сын уже под тридцать, а всё неженат. Девушки были, но до свадьбы не доходило. Татьяне ни одна не нравилась — ну не лежала душа! Но молчала: знала — запретами только хуже сделаешь.
Однажды Дима едва не женился. Девушка — умница, скромница. Собрались уже, да на знакомстве с родителями выяснилось — отец запойный, мать вся в синяках. Выпили, дело чуть до драки не дошло.
— Мам, люблю её, а как с такими жить? — спрашивал сын.
— Родителей не выбирают. Если готов — женись.
К её облегчению, расстались.
Вернувшись с прогулки, Татьяна взялась за ужин. Дмитрий задерживался. «Опять влюбился», — мелькнуло в голове. Так и вышло — вечером он появился с девушкой.
— Мама, знакомься — Лидия. А это моя мать, Татьяна Игоревна.
Взгляд на Лиду — и сердце ёкнуло. Голубые глаза, ямочки на щеках… На таких женятся.
— Предупредить не мог? — буркнула Татьяна.
— У тебя всегда вкусно, — сын обнял её, прижавшись к плечу.
— Что-то тебе нужно, — ткнула она его в лоб. — Мойте руки.
Из ванной доносился смех. За стол сели раскрасневшиеся.
— Говори уже, — не выдержала Татьяна.
— Завтра в поход с друзьями. Лида хочет с нами.
— Хорошо. В походе человека узнаёшь.
— Мам… Могла бы с ребёнком посидеть? Девочке шесть, хлопот не доставит.
— Чей ребёнок? — спросила Татьяна, уже зная ответ.
«Где он таких находит? То с татуировками, то с алкашами, а теперь с ребёнком!»
— Мой, — твёрдо сказала Лида.
Взгляд прямой, без вызова.
— Не могу. Забыла, как с детьми обращаться.
— Мам, какие планы? В парк сходите с Вероникой.
«Вероника… Имена!»
— Не надо, — Лида положила руку на плечо Дмитрия.
— Ладно, — сквозь зубы согласилась Татьяна.
Ночь без сна. Утром — каша на плите.
В дверях — Лида в походной одежде и девочка с косичками. Глаза — как у матери. Сердце дрогнуло.
— Одежду положила, — Лида поставила сумку.
— Идите, — махнула рукой Татьяна.
Девочка робко осмотрела квартиру. К обеду освоились.
— Тётя Таня, хочу тележку, как у той девочки!
— Пойдём к Вадиму, — неожиданно для себя сказала Татьяна.
Вадим, увидев её, чуть не уронил секатор.
— Сделаешь?
— Для вас хоть избу разберу! — заверил он, краснея.
На следующий день Вероника с подружкой возила в тележке листья. Татьяна с гордостью наблюдала. «Наша-то лучше!»
Лида с Димой вернулись поздно.
— Оставьте её до утра?
— Завтра в садик, — отказалась Лида.
Когда сын вернулся, Татьяна набросилась с расспросами.
— Лида её не рожала. Это её сестра. Мать умерла в родах, отец сбежал. Лида воспитывает.
Татьяна ахнула.
— Отец отказался, а она взяла… Уважаю.
— Мам, у нас ещё свои будут, — обнял её Дмитрий.
— Жениться собрался?
— Да. Квартира у Лиды есть.
— Как же я? Только внучку обрела…
— Часто будем приезжать.
Без Вероники дом казался пустым. Теперь Татьяна ждала их каждые выходные, пекла пироги. Девочка называла её «бабушкой» — тёплое слово.
А Вадим всё надеялся. Вдруг и его жизнь переменится? Всякое бывает…