Всё началось давным-давно, когда Лариса с покойным ныне супругом Валерием переехали в свою первую квартиру в Новосибирске. В те времена даже кровати у них не было — спали на надувных матрасах. Но вместе они смогли купить вторую квартиру для сына, а потом построили дачу под Томском, мечтая, что когда-нибудь внуки будут бегать по этому саду.
Валерий ушёл из жизни, когда их Витя только поступил в политехнический. Всё своё имущество он оставил жене: плоды их трудов, тёплые воспоминания и сына — последнюю отраду.
Витя окончил вуз, женился. У Ларисы появился внук Костя. Казалось бы, счастье! Но через год сын объявил о разводе:
“Не сошлись характерами. Квартиру оставил ей — пусть не подаёт на алименты”.
Лариса только руками развела:
“Рыцарь! Сам квартиру не покупал, а раздариваешь!”
Догадывалась она тогда, что расхлёбывать последствия его “щедрости” придётся ей. И не ошиблась.
Вскоре сын объявился с новой женой — Людмилой, которая уже была в положении. Попросились пожить временно. Лариса согласилась.
Старалась быть доброй: готовила, убирала, оставляла лишние порции еды. Но вскоре поняла — благодарности не дождётся.
“Я бы до седьмого месяца работала!” — жаловалась она подруге Галине. — “Жилья нет, зарплата у Вити — копейки. Надо было головой думать, прежде чем заводить ребёнка!”
А тем временем в комнате сына копилась пыль, чашки с чаем чернели. Витя пропадал на работе, дома утыкался в телефон или курил во дворе с соседями.
Однажды сын небрежно бросил:
“Мам, давай комнатами поменяемся. Нам кроватку некуда ставить”.
Лариса опешила. В её памяти всплыли воспоминания, как они с Валерием обустраивали этот дом. А теперь кто-то хотел превратить их крепость в руины.
Ещё неделю она терпела. Пока Витя не заявил:
“А давай дачу продадим? На ипотеку хватит”.
Ларису будто обухом по голове:
“Мы с отцом всю жизнь на этот дом пахали! Не продам, потому что ты с имуществом обращаться не умеешь!”
Тут она поняла — сын и невестка выжмут из неё все соки.
“У вас три дня, чтобы съехать”, — холодно сказала она.
Тишина. Месяц — ни звонка, ни сообщения.
Лариса стала лучше спать. Но по утрам на кухне было пусто. Молоко прокисало — пить его было некому.
Каждую пятницу она ездила на дачу. Как-то встретила соседку Татьяну:
“Твоего Виталия видела — на стройке подрабатывает. У Людки подруги живут”.
Лариса промолчала. Когда сын стал для неё чужим?
Вечером она разглядывала старые фото. Витя пятилетний — защищал щенка от хулиганов. Витя-выпускник — глаза горят надеждами.
Рука потянулась к телефону… Но она стерла написанное.
Пусть сам справляется.
…Прошёл месяц. На стационарный телефон позвонила незнакомая женщина:
“Ваш сын в аварии. Руку сломал”.
Лариса приехала. Виктор осунулся, глаза потухли. Люда сидела в углу, обнимая живот.
“Могла не приезжать”, — буркнул он.
“Я не ради тебя. Ради внука”.
Она положила на стол пять тысяч рублей:
“Взаймы. Хочу, чтобы у ребёнка был отец с руками, а не с протянутой ладонью”.
Дома Лариса собралась и уехала на дачу. На крыльце её ждал дворовый кот Васька. Она гладила его, слушая мурлыканье.
Эта тишина и простота были честнее, чем все сыновьи претензии. Она любила Витю. Поэтому больше не могла быть его жилеткой для слёз.