**Дневник Сергея Петровича**
Был я старым холостяком. Жил себе, никого не трогал — одиночество не грызло. Работал, как вол в упряжке, но работу свою любил. Вечно стремился к порядку, чтобы всё было идеально. А с женщинами — хоть сколько перебывало, но той самой так и не встретил.
В конце июля, измотанный, решил сбежать от цивилизации. Залез в интернет, выставил объявление.
Отозвалась Надежда Григорьевна, южанка из станицы. До моря — минут двадцать пешком, но зато тихо, не как на курортах. Комната отдельная, а за продукты обещала домашние обеды. Согласился.
Добрался без приключений — навигатор не подвёл. Домик старый, но ухоженный, комната уютная, а хозяйка приветливая. Во дворе носилась крохотная собачонка, помесь болонки с неизвестно кем. Дети, Сашка и Лиза, лет по десять, хозяйничали в саду. Надежда не надоедала, лишь спрашивала, что приготовить, угощала спелыми сливами и улыбалась.
Я целыми днями пропадал на море: плавал, лазал по прибрежным камням, писал другу в Телеграм. Интересно, откуда у женщины за сорок дети такие маленькие?
Как-то спросил напрямую:
— Надежда Григорьевна, это внуки?
— Нет, — ответила она, — свои. Поздние. Семьи не сложилось, замуж не вышла, но детей захотелось.
Пригляделся — милая, мягкая, с добрыми глазами. Да и имя приятное — Надя, Надюшка. Так мать мою звали. От неё пахло сливами и топлёным маслом.
Вечера стояли тёплые, вино домашнее — терпкое, небо усыпано звёздами. Взрослые люди, без глупостей: днём — как соседи, ночью я пробирался к ней, а под утро крался обратно.
Пёсик, Шарик, не лаял — лишь хитренько поглядывал, будто всё понимал. Пёс хороший — ест мало, а двор бережёт исправно. Стал он со мной на море ходить, плавал, потом вылезал, отряхивался и бежал домой раньше меня.
Но однажды Шарик не пришёл. Искал его, звал, по всему селу объявления расклеил. Соседка шепнула: мол, приезжие утащили. Кинулся в погоню, догнал их на трассе.
Из джипа выскочили две девицы, наглые.
— Убери машину! — орали. — Сейчас полицию вызовем!
— Вызывайте, — ответил я, — только сначала отдайте собаку.
— Она бездомная! — засмеялась одна. — Мы её спасаем!
Тут подъехал гаишник, потный, с подворотничком на пузе. Взял Шарика на руки.
— К кому побежит — тому и достанется. Документов-то ни у кого нет.
Девицы засуетились, достали колбасу:
— Пушок, сюда!
— Шарик, домой, — сказал я.
Пёс рванул ко мне, виляя хвостом.
— Всё, разобрались, — хрипло заключил гаишник.
Девчонки ещё пытались скандалить, но он пригрозил проверкой документов — они тут же смылись.
Я сел в машину, Шарик устроился на коленях — тёплый, уютный. На душе стало светло.
Но когда пришло время уезжать, вернулась тоска. Пустая квартира, никто не ждёт.
На трассе Шарик побежал за машиной. Я дал газу — он отставал, исчез в пыли. Остановился, закурил — руки дрожали.
И вдруг увидел: по дороге бежит крохотная точка. Я рванул навстречу, будто десять лет не бегал. Шарик выбился из сил, в глазах — пыль, язык высунут. Я схватил его, отпоил водой из бутылки.
Позвонил Наде:
— Ваш пёс со мной… Он за машиной бежал.
— Можете оставить, если хотите. Я его за две недели до вас подобрала — выбросили из фургона у магазина.
Я забрал его.
Через полгода на кафедре услышал пересуды:
— Ректор женился! На какой-то приезжей… С детьми, да ещё с собакой!
— Да чем она его зацепила?
Я подошёл.
— Ой, Сергей Васильевич! — засуетились коллеги. — Правда, что жена вас приворожила?
— Правда. Сильнейшее средство.
— И поделится?
— Нет, — рассмеялся я. — Не выйдет.
И пошёл домой. К Наде, детям и Шарику.
**Вывод:** Иногда счастье само догоняет тебя — главное не убежать.