Мы с Дмитрием поженились чуть больше года назад. До этого встречались почти три года, и, казалось, знали друг друга как облупленных. Но выяснилось, что настоящее испытание — не признания при луне, а быт, который съедает романтику заживо. Раньше я жила в Нижнем Новгороде, а он — у родителей в Подмосковье. Я упёрлась рогом: без колец и фаты — ни шагу. Дмитрий ждал. Но, увы, его терпение оказалось тоньше паутины.
Как только мы стали жить вместе, волшебство испарилось. Остались квитанции, пыль под диваном и бесконечные придирки. И самое обидное — не только от мужа, но и от его матушки.
Дмитрий — человек горячий, как самовар, и, как оказалось, с взглядами времён царя Гороха. Для него жена — не партнёр, а этакая домовица-чародейка: чтоб щи на столе, полы до блеска, рубашки стрелочками, да всё это с улыбкой голливудской звезды.
Я пыталась втолковать: век на дворе не XIX, у меня тоже есть работа, мигрени и дедлайны. Не могу же я после восьми часов в офисе превращаться в Золушку. Он будто глухой. Для него аксиома: пыль — женская доля, как и кастрюли.
Сначала я стиснула зубы. Думала, притёрёмся. Мыла, готовила, иногда заказывала пельмени, если не успевала. Но однажды Дмитрий вернулся с работы, лицо — как после похорон, сел на кухне и, не глядя, бросил:
— Мы с мамой посовещались… Решили, что хозяйка ты никудышная. Не стараешься. Надо чаще драить полы и стряпать по-человечески. Как у неё.
У меня в глазах потемнело. Мало того, что он недоволен — он ещё и с маменькой меня обсудил, как товар на базаре, и вынес вердикт: брак в утиль.
А то, что я вношу половину в общий бюджет? Что пашу как лошадь и мечтаю вернуться в чистую квартиру, где меня не пилят, а встречают с горячими блинами — но не от меня, а для меня?
Он ноет, что у меня всё «не как у мамы». Ну конечно! У его мамы — пенсия, досуг, никаких планерок. А я бегу как белка в колесе. Но я стараюсь. Вчера, например, колдовала над плитой два часа, а он заявил, что у гуляша «подливка не та».
При этом свои «мужские» обязанности он игнорирует. Лампочка в прихожей не горит уже месяц. Кран капает — и хоть бы что. Но это же «ерунда». А вот если на полке пылинка — всё, конец света.
Как-то я не выдержала и предложила сделку: бросаю работу, становлюсь этакой богиней очага. Пироги, генеральные уборки, накрахмаленные скатерти. Но тогда пусть содержит меня полностью.
На что он фыркнул:
— С чего это я должен тебя кормить за красивые глаза?
Выходит, ему нужна идеальная жена — но даром. Чтоб и деньги в дом, и у плиты, и с улыбкой до ушей, да ещё и на коленях благодарила за честь быть с ним. А нет — значит, развод. Другого выхода его инфантильный мозг не видит.
А я не вижу смысла в этом маскараде. Любовь — не ярмо. Я готова договариваться, но не хоронить себя заживо. Я не его бесплатная кухарка, не уборщица, и уж точно не тема для семейных советов с мамашей. Я — человек. И заслуживаю не упрёков, а уважения. Хотя бы от самого себя.