Всё бывает
Евгения проснулась за пару минут до звонка будильника. Полежала, собираясь с мыслями перед новым днём — таким же, как вчера, как месяц, как год назад. В её жизни всё шло ровно, по накатанной, без неожиданностей.
Хотя нет, однажды сын устроил им с мужем сюрприз. Поступил в университет и заявил, что хочет жить отдельно. Как она переживала, уговаривала остаться! Но он грозился бросить учёбу и уйти в армию. Делать нечего — смирились, даже снимали ему комнату. А после института он устроился на работу и отказался от помощи.
Евгения осторожно встала, чтобы не разбудить мужа, и пошла на кухню. Вскоре по квартире разлился аромат свежесваренного кофе — настоящего, не растворимой подделки.
Когда на кухню зашёл муж, пахнущий гелем для душа, на столе его уже ждала чашка с дымящимся кофе и тарелка бутербродов. Каши и омлеты он не признавал. Позавтракал молча и так же молча ушёл.
— Задержусь сегодня, у нас заседание учёного совета, — крикнул он из прихожей.
Евгения вышла поправить ему галстук, смахнула невидимую пылинку с плеча — как последний штрих к портрету. Это был их ритуал: зимой поправляла шарф, летом — галстук, а пылинки смахивала с пиджака, пальто или дублёнки, смотря по сезону.
После его ухода Евгения привела себя в порядок, выпила чаю с лимоном и села за ноутбук. Работала она дома — переводила статьи и книги с английского и немецкого.
Работа шла легко, книга нравилась. Она то и дело заглядывала в словари, подыскивая точные слова. Отвлёк её только телефонный звонок.
— Евгения Сергеевна, здравствуйте! Это Маргарита Петровна с кафедры, — представилась женщина.
Услышав плоский голос преподавательницы с кафедры мужа, Евгения сразу представила себе высокую, угловатую даму лет сорока пяти.
— Здравствуйте. Что случилось? С Вячеславом Михайловичем? — заволновалась она.
— Нет, с ним всё в порядке. — Пауза. — Мне нужно с вами поговорить. Я сейчас недалеко от вас. Могу зайти через пять минут. Вам удобно?
— Да, конечно, — ответила Евгения, удивившись, откуда та взялась здесь в учебный день.
Ровно через пять минут в дверь позвонили. Евгения впустила гостью.
— Чаю, кофе? — предложила она.
— Не надо, времени мало. В перерыве выскочила…
Они сели в гостиной на диван.
— Слушаю вас, — проговорила Евгения.
— Мне неприятно, но молчать не могу. Ваш муж встречается со студенткой, хорошенькой девочкой лет двадцати. Живёт с матерью-инвалидом…
— Без подробностей, пожалуйста.
— Хорошо. Я случайно услышала их разговор. В общем, эта студентка ждёт ребёнка. И ваш муж пообещал ей помочь, не бросать…
Евгения молчала. Маргарита Петровна, не дождавшись вопросов, продолжила:
— Раньше у него тоже были интрижки. С Галиной Ивановной с нашей кафедры, с Варварой Петровной из социологии… В прошлый раз, когда он якобы летел на конференцию в Финляндию? Не летал. Снимал домик на турбазе под Питером.
— А откуда вам это известно? — Евгения не верила ни слову. Обычная месть старой девы.
— Вы мне не верите. Думаете, завистливая старуха хочет вам жизнь испортить, — словно прочитав её мысли, сказала Маргарита. — Но если об этом узнают все? Он же на тридцать лет её старше! Это же смешно.
Евгения очнулась.
— Спасибо, я вас поняла. Если вам больше не о чём…
— Да-да, я уже ухожу, — засуетилась та.
Проводив гостью, Евгения долго сидела, уставившись в одну точку. Работать было невозможно. Затишье в их жизни кончилось. Впрочем, чего-то подобного она ждала. Преподаватели — ладно, но студентка… Как он мог?
Однажды отец привёл в дом нескладного студента в нелепых очках — он был руководителем его диплома. Они долго сидели в кабинете, потом вместе обедали.
— Самородок! Талант! Из него выйдет толк, — расхваливал отец.
Студент ел, не поднимая глаз от тарелки, будто говорили не о нём, и украдкой поглядывал на Евгению. Тогда она училась на третьем курсе иняза. Студента звали Вячеславом. Он приехал из Вологды, отец взял его под опеку, потом помог с аспирантурой. Вскоре Вячеслав стал в доме своим.
А когда Евгения уже работала переводчицей, он однажды пришёл к ним.
— Папа уехал в Москву на конференцию. Его не будет неделю. Вы разве не знали? — удивилась она.
— Я пришёл не к нему, — покраснев, сказал Вячеслав и поправил очки. — Я пришёл к вам.
— Ко мне? И чем могу помочь? Перевести что-нибудь? — Евгения слегка подтрунивала над ним.
— Хочу пригласить вас на выставку. Малевич, Шагал…
Сама-то ей хотелось сходить, да не с кем — друзья живописью не интересовались. Евгения согласилась.
Оказалось, с ним было интересно. Вячеслав не только тонко комментировал картины, но и рассказывал кучу любопытных вещей по дороге домой. Она слушала и не узнавала в нём того самого нескладного парня. Даже очки его теперь не казались такими уродливыми. Не влюбилась, но заинтересовалась.
— Присмотрись к нему, — советовал отец. — Он талантлив. Я ему помогу, у него большое будущее. С ним ты будешь счастлива.
Когда Вячеслав сделал предложение, она согласилась. Но свадьбу отложили — неожиданно умер отец. Вячеслав возглавил его кафедру, защищал диссертацию. Они поженились через год.
После смерти отца мама часто болела и вскоре умерла. Евгения тогда была уже беременна. Так её жизнь перевернулась. Работала дома, переводила, вела хозяйство, растила сына. Втянулась и успевала всё. Но с Вячеславом они жили хорошо. До сегодняшнего дня Евгения была уверена, что он её любит.
— Ты ошибся в нём, папа, — сказала она вслух. — Он использовал нас ради карьеры. Занял твоё место, жил в нашей квартире и изменял.
Лекции Вячеслава были легендарными. Говорили, студенты их не пропускали. Он читал вдохновенно— И теперь, глядя на своё отражение в окне дачного домика, Евгения внезапно осмелела и решила: хватит жить чужими ожиданиями — пора начать свою жизнь заново.