«Извини, Даша, но теперь она будет жить у вас…»
Даша и Максим с утра копошились во дворе. Листья падали непрерывно, весь двор утопал в золотом ковре, и в воздухе витала такая умиротворенная тишина, что даже мыслей не хотелось. Но вдруг её разорвал звонок телефона. Максим взглянул на экран и скривился:
— Мама… Сейчас посмотрим, что у неё случилось.
Он включил громкую связь, и голос Галины Петровны прозвучал резко и тревожно:
— Максимка, собирайся! Срочно приезжай ко мне.
— Что случилось? — напрягся он.
— Поедем забирать Настю с детьми. Всё, конец! Муж её выгнал из дома.
Даша, стоявшая рядом с граблями, побледнела. Настя — сестра Максима. С детьми. Без крыши над головой?
Дом, в котором они жили, был её мечтой. Просторный, с уютной верандой, фруктовым садом, новой мебелью — они строили его вдвоём, вкладывая не только деньги, но и душу. Максиму эта затея сначала казалась безумием: продать квартиру, перебраться за город, начинать с нуля. Но Даша умела убеждать. И дом получился именно таким, каким она его представляла.
Сначала всё было идеально. Даже свёкровь, которая сначала ворчала, на новоселье восхищалась: «Дашенька, ты молодец, дом — просто сказка!»
А потом началось.
Каждые выходные к ним, как по расписанию, приезжала Галина Петровна, а с ней — Настя, её муж Кирилл и их двое детей. Гости не просто приезжали — они обустраивались. Готовить — на Даше, убирать — тоже. Ни помощи, ни спасибо. Когда она попыталась поговорить об этом с Максимом, он отмахнулся: «Да ладно, родные ведь. Мы же помогаем».
Однажды она даже осмелилась попросить Настю помыть посуду. В ответ услышала: «Ты чего, я только с маникюра! Испорчу». Даша стиснула зубы и молча взялась за губку.
Когда Настя появилась одна, без мужа, Даша облегчённо вздохнула. Хоть один рот меньше. Но скоро радость сменилась беспокойством — Настя ходила по дому как тень, рыдала ночами, срывалась на детей. Потом свёкровь всё объяснила: Кирилл подал на развод. Мало того — выгнал Настю с детьми, заявив, что квартира его, и делить нечего.
— Но я же не могу взять её к себе! — оправдывалась Галина Петровна. — У меня теперь своя жизнь. Я замуж выхожу. Пусть живёт у вас.
Даша застыла. У них? С детьми? И надолго?
Максим потупил взгляд:
— Ну как мы её бросим? Сестра же. Надо помочь.
Настя переехала. И если раньше Даша хоть в будни могла передохнуть, теперь каждый день превращался в «детсад плюс общепит». Ни Настя, ни дети не помогали — всё лежало на ней. А Максим… только злился: «Хватит ныть. Потерпи немного».
Через два месяца терпение лопнуло. После очередной ссоры Даша собрала вещи и уехала к подруге.
А свёкровь позвонила с ледяным спокойствием:
— Правильно. Уходи. Ты не достойна нашей фамилии. Дом, кстати, останется Насте. Максим строил его на нашей земле. Тебе здесь ничего не принадлежит.
Максим понял всё слишком поздно. Он приехал к Даше сам. Сказал, что выгнал Настю с детьми, что осознал, где его настоящая семья. Он умолял её вернуться.
Даша вернулась. Но уже другой. Сильной. И с условием: больше никаких чужих в её доме.
Свёкровь вычеркнула их из жизни. Но Даша не жалела.
Иногда, чтобы построить своё счастье, нужно научиться говорить «нет» даже тем, кого привык считать родными.