Она всё для себя решила
— Ты чего до сих пор не оделся? — Таня стояла на пороге, едва сдерживая раздражение. — Ты забыл, какой сегодня день?
— А что сегодня? — Игорь даже не оторвал взгляда от телевизора, лениво переключая каналы. — Опять куда-то тащиться?
— Мы должны ехать в роддом! Оля родила, ты сам слышал. Первая из нашей компании стала мамой. Нам надо её поздравить!
— С чем поздравлять? — мужчина усмехнулся, не переставая клацать пультом. — С бессонными ночами? С рёвом младенца? С тем, что жизнь кончена? Хреновый повод для радости.
— Что ты несешь? Ты сам же говорил, что хочешь детей! Ты клялся, что мечтаешь, чтобы по дому топали маленькие ножки. Чтобы детские ручонки обнимали тебя за шею. Говорил — троих, не меньше! Или мне это приснилось?
— Да, говорил. Но ты же сама понимаешь — это красиво звучит. Бабы такое любят. Вот ты и растаяла, — равнодушно бросил Игорь.
Таня молча опустилась на диван. Лицо её застыло, будто высечено изо льда.
— Не хочу я детей. Что тут такого? Большинство мужиков их не хотят. Ты не думала, что можно пожить для себя? Путешествия, рыбалка, свобода… А вы все сразу — дети, семья, подгузники.
— Ты меня отвезешь? — голос её стал стальным. Она едва сдерживала ярость — ведь именно сегодня собиралась рассказать Игорю главную новость своей жизни.
— Без нас не обойдутся? Не хочу я видеть эту дурацкую возню, сюсюканья и сопли. Сходишь потом. Может, и передумаешь рожать.
Не сказав больше ни слова, Таня ушла в спальню. Через пятнадцать минут вышла в строгом элегантном платье. Такси уже ждало — слава богу, не придётся слушать циничных рассуждений Игоря.
А ведь она была так близка к счастью… Ещё утром она увидела заветные две полоски на тесте. Хотела рассказать ему вечером, устроить праздник. Но теперь… теперь она не была уверена, имеет ли он право это знать.
Таня всегда ценила стабильность. Начала работать ещё на третьем курсе, получила диплом с отличием, а теперь — солидную должность, хорошую зарплату, собственную квартиру, подаренную родителями. Всё делала правильно. И была готова к ребёнку. Но вот мужчина, которого она считала отцом своих детей, оказался всего лишь талантливым лжецом.
Игорь казался ей надёжным, взрослым, серьёзным. Его возраст, речи, убеждения — всё внушало доверие. Лишь сегодня он снял маску.
— Я всё решила, — прошептала она в тишину салона. Водитель, пожилой мужчина с усталыми глазами, мельком глянул на неё и вдруг сказал: — Поздравляю.
Таня смутилась. Поблагодарила и поспешила к входу. Там, сияя от счастья, стояла Оля с крохотным свёртком в руках. Малыш уже мирно посапывал на руках у отца. Воздух был наполнен теплом.
— Поздравляю, родная! — Таня обняла подругу. — Как назвали?
— Дмитрий, в честь деда. Хочу, чтобы ты стала крёстной.
— С радостью, — улыбнулась Таня, но сердце сжалось. Всё, о чём она мечтала, было здесь, перед ней, но не с ней.
— Что-то случилось? — тихо спросила Оля, когда они отошли в сторону.
— Игорь всё это время врал. Не хочет детей. А клялся, что хочет. И самое страшное — я беременна. Узнала сегодня. И теперь… теперь мне придётся выбирать.
— Таня, мужики — не редкость. А вот шанс стать матерью — да. Моя двоюродная сестра, например, десять лет не может забеременеть. Она рыдала, когда узнала про моего малыша. Ты не имеешь права отказываться от своего счастья.
— Я так и думаю. Если он не передумает — уйду. Мои родители будут счастливы нянчить внука.
Игорь не передумал. Твердил, что дети — это обуза, трата времени и денег. Таня не спорила. Всё внутри неё уже решилось.
Прошло три года.
— О, Игорь! — бывшая соседка чуть не сбила его с ног в аэропорту. — Поздравляю с сыном!
— Вы ошибаетесь, у меня нет детей, — сквозь зубы процедил он.
— Как же нет? Видела Таню — с коляской. Малышу месяца четыре. Я, знаешь ли, считать умею.
Игорь побледнел. Он не знал. Или не хотел знать. А теперь… теперь было поздно.
— Где она? Где вы её видели?
— Не скажу. Случайно встретились. А ты, оказывается, из тех… кто своего ребёнка бросил.
Игорь замер. Лишь сейчас начал понимать, что потерял. Но когда через три года всё же разыскал Таню, было поздно. Мальчик называл папой другого. Игорь не мог тягаться — ни в любви, ни в поступках, ни в сердце.
Финал был предрешён. Таня выбрала правильно.