Одинокая женщина с прицепом
Оксана растила сына одна. Муж бросил её больше десяти лет назад. Всё это время он свято платил алименты, считая себя безупречным перед законом и собственной совестью. Так он сам любил повторять.
Ушёл, прихватив свои вещи и машину, оставив Оксану с невыплаченной ипотекой за двушку в Новочебоксарске и сыном. За все годы ни разу не навестил ребёнка, не поздравил с днём рождения, не принёс даже шоколадки.
— Наверное, уже десяток таких же дур, как ты, осчастливил. Будет сбегать от ответственности, пока силы не кончатся. И лучше бы поскорее. Говорила же — не бери ипотеку. Не послушалась. Теперь всю жизнь банку отрабатывай, — вздыхала мать Оксаны.
Хотя именно родители уговорили её взять кредит и записать квартиру на себя.
Так и жила — от аванса до зарплаты, на двух работах, растила сына. Хорошо хоть, Артём рос спокойным.
После второй смены, еле волоча ноги, она забегала в «Пятёрочку», тащила тяжёлый пакет домой, мечтая только скинуть потрёпанные балетки, упасть на диван и закрыть глаза. Иногда ей казалось, что она — как та лошадка в детском парке, что возит малышей по кругу.
Их украшают лентами, вешают блёстки на уздечку, но взгляд у животных всё равно усталый, потухший. Так и Оксана — день за днём, работа-магазин-дом.
Одевалась она в «Светофор» — дёшево, немарко. Новые вещи покупала редко, берегла для редких выходов. А те, что были, давно вышли из моды.
Идёт, думает: что сготовить, дома ли Артём… Сумка-шоппер через плечо, одной рукой придерживает, чтобы не сползала, в другой — пакет с гречкой и курицей. Если сын дома — отдохнёт пять минут и побежит варить пельмени.
А какой она раньше была! Густые каштановые волосы, горящие глаза. Фигура и сейчас — загляденье. Как все девчонки, мечтала о любви. И она пришла — в лице Димки. Как тут было не влюбиться? Красивый, глаза горят, обещал вечную любовь, машину («хоть „Тойоту“, хоть „БМВ“»), двоих детей.
Машину купил. На ней и укатил в новую жизнь, оставив Оксане квартиру с долгами и сына.
Оксана смотрела под ноги. У нас дороги — то ямы, то лужи. Не то что споткнёшься, так ещё и какой-нибудь лихач обдаст грязью с ног до головы.
— Оксана! — Перед ней возникла ухоженная женщина в стильном пальто.
Она с трудом признала в ней Людку, с которой когда-то сидела за одной партой. Та всегда была серой мышкой, а теперь — будто со страницы глянца. Рядом с ней Оксана почувствовала себя заношенной тряпкой.
— Какая удача тебя встретить! К маме приехала, а все наши разъехались кто куда. Оксан, как жизнь?
«По мне разве не видно?» — подумала она, но вслух сказала:
— Нормально.
— Замужем?
— Была. Теперь с сыном. А ты?
— Я… — Людка закатила глаза, будто от счастья. — За испанца вышла, в Валенсии живу. Прилетела на недельку. Слушай, не отпущу тебя просто так! Давай куда-нибудь сходим. Или ко мне. Где живёшь?
— Рядом… Но у меня бардак. Даже посуда с утра не помыта.
— Фигня! Я же своя, не принцесса.
Оксана открыла дверь, крикнула:
— Артём, ты здесь? Гостья у нас.
Из комнаты высунулся паренёк.
— Ого! Это твой? Красавчик! — ахнула Людка. — В каком классе? Куда поступать будешь?
— Ещё не решил. Мам, посуду я помыл, мне уроки делать, — буркнул он и скрылся.
— Какой самостоятельный! — в голосе Людки прозвучала зависть.
— А у тебя есть дети? — спросила Оксана, распираемая гордостью.
— Нет. Муж старше. У него уже взрослые, не хочет снова нянькаться.
Оксана на скорую руку делала ужин, а Людка делилась впечатлениями об Испании.
— А почему развелась? Муж пил? — наконец спросила она.
— Нет. Пока Артём не родился — всё было хорошо. Потом… Ребёнок не спал, я в декрете, кредиты висят. В общем, сказал, что устал, и свалил. На своей тачке.
— Вот сволочь! — выругалась Людка. — Бросил с ребёнком и ипотекой!
О том, как она выживала, Оксана рассказывать не стала. Родители помогали, иначе бы не справилась.
— Ладно, чёрная полоса кончилась, подруга! У нас полно одиноких мужчин. Не мальчиков, конечно, но ещё огурчики. Любят русских — и в огонь, и в воду, и детей воспитают. У мужа куча друзей. Как вернусь — тебе жениха подберу.
— Да куда уж мне… Я же с прицепом. РСП.
— Это ещё что?
— Разведёнка с прицепом. Мужики так нас называют. Узнают, что ребёнок есть — сразу интерес пропадает.
— Чушь! Лучше РСП, чем БСР.
— Это что?
— Бросил своего ребёнка. Вот таким клеймо на лоб.
— А в Испании разве не бросают?
— И там хватает. Мужики везде одинаковы. Но твой-то уже большой. Ты — отличный вариант. Через три дня улетаю — займусь твоим вопросом. Скайп есть? Отлично! Выпьем за новую жизнь!
Оксана достала бутылку вина, оставшуюся с её дня рождения.
— Только себя приведи в порядок. Стрижку обнови, одежду купи, — наставляла Людка.
Оксане было стыдно признаться, что денег в обрез.
Людка улетела, а Оксана стала ждать. Мечтала, как уволится, переедет, все будут завидовать. Как они с Артёмом заживут в большом доме, где муж обожает её…
Даже улыбаться начала. По совету подруги постриглась, купила платье и туфли на каблуках. В долг, но оно того стоило.
— В себя вкладываться надо, дорогая! — твердила Людка.
Оксана старалась. Но неделю, другую — звонков не было. На третьей Людка наконец позвонила:
— Жениха нашла! Не красавец, за пятьдесят, но магазин свой есть. Завтра нарядись — созвонимся по скайпу. Ты язык не учила? ЯА через год Оксана и Антон уже отмечали свадьбу, и даже мать Риты наконец перестала вздыхать о «пропавшей зря ипотеке», глядя, как её дочь смеётся, обнявшись с мужем и подросшим Артёмом.