**Дневник.**
В маленьком городке на берегу Волги, где жизнь течёт медленно, а за фасадом уютных домов скрываются семейные драмы, моя история с бывшей женой и новой супругой раздирает душу. Меня зовут Михаил, и я искренне верил, что разрыв с Ольгой — лучшее решение. Но сейчас, когда прошлое не отпускает, я сомневаюсь.
Ольга всегда находила повод для ссоры. Конечно, я не без греха, но её придирки выводили из себя. Всё было не так: я мало внимания уделял нашему сыну Артёму, слишком уставал после смены на заводе, а если водил его в цирк или на хоккей — она злилась, будто я лишь развлекаюсь, а ей остаётся роль строгой матери. Меня измотала эта бесконечная грызня.
Однажды я не выдержал — собрал вещи и ушёл. Снял квартиру рядом, чтобы Артём мог приходить ко мне. Развод оформили быстро. Первое время я наслаждался тишиной, свободой от криков. Казалось, дышу полной грудью.
Но через несколько месяцев сын обмолвился, что к Ольге «заходит знакомый». Я сделал вид, что не придал этому значения, но внутри защемило. Решил, что пора начинать новую жизнь. Встречался с женщинами, но всё было не то. В конце концов появилась Надежда — молодая, ухоженная, без лишнего багажа. Она не пилила меня, не устраивала истерик. Я подумал — вот она, лёгкость, о которой мечтал.
Мы расписались без шума — мне, уже семейному человеку, пышная свадьба была не нужна. Жизнь с Надеждой казалась гармоничной. Порой я даже ловил себя на мысли, что хочу доказать бывшей: я счастлив без неё.
Всё перевернулось, когда Ольга позвонила — Артём на тренировке по футболу сломал нос. Я примчался в больницу и увидел её. Она выглядела потрясающе — такой, как в начале наших отношений. Говорила спокойно, без привычных уколов. В машине остался лёгкий шлейф её духов, и сердце сжалось.
Нос у сына оказался сломан серьёзно — требовалась операция. Приходилось часто видеться с Ольгой, обсуждать лечение. Однажды по привычке зашёл в её квартиру, автоматически снял обувь, поставил чайник. Только не найдя свою кружку, осознал — это уже не мой дом.
Надежда была другой — аккуратной, сдержанной. Ужины готовила вкусно, в доме — идеальный порядок. Мы почти не ссорились, и в постели всё было… правильно. Но душевной теплоты не хватало. Она не смеялась над моими шутками, не спорила до хрипоты о фильмах. Её эмоции словно за стеклом — видно, но не почувствовать. Жить с ней было как в мебельном каталоге — красиво, но без жизни.
Я стал чаще писать Ольге, оправдываясь заботой о сыне. Но правда была проще — я скучал. По её звонкому смеху, по тому, как она закатывала глаза на мои саркастичные замечания, по совместным вечерам перед телевизором. В памяти осталось только хорошее.
Однажды, заехав к Артёму, я встретил её нового мужчину. Немолодой, с сединой, он спокойно поздоровался. Внутри всё вскипело. Этот чужак теперь в моём доме? Я наорал на Ольгу, требуя, чтобы он не появлялся рядом с сыном.
— А где мне тогда с Артёмом быть? У него? — холодно ответила она. — Или ты предлагаешь, чтобы сын спал между тобой и Надеждой? Купи ему кровать, а потом указывай!
Мы кричали, как раньше. Артём, не выдержав, ушёл в комнату. Ольга отвернулась, бурча что-то себе под нос. Я неожиданно обнял её, губы коснулись шеи. Она вздрогнула и резко оттолкнула меня.
— Ты с ума сошёл? Иди к своей жене!
Я ушёл, чувствуя, как почва уходит из-под ног. Дома ждала Надежда — идеальная, но чужая. Она не виновата, но я больше не могу притворяться. Я тоскую по Ольге, по её огню, по утрам, когда она ходила в моей футболке, по вечерам, когда мы спорили о пустяках.
Я ушёл осознанно, думая, что так лучше. Но теперь ясно — мой дом там, где она и Артём. Хочу вернуться, но как? У меня новая жена, которая ни в чём не виновата, и бывшая, чей пыл до сих пор жжёт. Я запутался, но сердце рвётся назад — к настоящему.