Родня в гости: как моя воспитанность привела к скандалу
Быть слишком добрым — это не всегда благо. Особенно когда рядом «родные люди», у которых совесть помещается в дорожную сумку.
Я никогда не любил конфликтов. Избегал ссор, не умел говорить «нет» и старался угодить всем. Особенно родне. Хотя многие из них — дальние родственники. Но у нас же как: «Родственников не выбирают».
Живут они в деревне под Воронежем. Как только заканчиваются огородные дела, вся семья дружно собирается в город. И почему-то получается, что каждый год именно моя квартира становится их главным «местом дислокации». У других родных они просто чай попьют, а ночевать идут ко мне. Всегда.
Я терпел. Молчал. Думал — ну ладно, пару дней. Потом снова работа, спокойная жизнь, свой привычный уклад.
Но в этом году меня просто огорошили.
В один солнечный июльский день родственники объявились у меня на целых три месяца.
— Мы ж тебе не помеха? — весело хохотнул дядя Гриша, затаскивая в прихожую два огромных мешка и раскладушку.
— А как же огород? — попытался я осторожно выяснить.
— Да брось ты, отдохнём и без него! Приехали к тебе, подышим городским воздухом. Да и вашим ребятишкам с нашими детьми поиграть весело будет, — пояснила тётка Люба, даже не снимая тапок.
Словно я не человек, а какой-то бесплатный санаторий. Без оплаты, с полным пансионом и радушным приёмом.
Ладно бы на неделю. Но три месяца!
А мы с женой, между прочим, собирались в отпуск. Крым, море, отдых. Всё уже оплатили, чемоданы собраны.
Когда я аккуратно намекнул, что мы скоро уезжаем, и, может, им пора подумать о возвращении домой, начался настоящий бунт.
— Эгоист ты, Серега! — заорал дядя Гриша. — Только о себе думаешь! Мы ещё и в цирк не сходили, планы не выполнили, а ты нас выставляешь! Мог бы и отпуск перенести — на сентябрь, например!
Тётка Люба фыркнула и громко хлопнула кухонным шкафом. Дети заныли. В квартире повисла тяжёлая тишина, как перед грозой. Но я понимал — если сейчас промолчу, они и Рождество у меня отметят.
— Извините, но мы всё-таки уезжаем, — твёрдо сказал я. — Вы взрослые люди, разберётесь.
Сначала было молчание. Потом начались обиженные сборы: шумно складывали вещи, демонстративно грохотали посудой, перешёптывались. Уходя, прихватили половину продуктов из холодильника.
— Вот это гостеприимство… — бросила тётка, не глядя на меня.
Дверь захлопнулась. И наступила… тишина. Такая редкая, такая приятная. Я плюхнулся на диван, устало схватил подушку и впервые за последние недели выдохнул свободно.
Да, мне неприятно из-за этой ситуации. Я не хотел ссоры. Не хотел никого обидеть. Но где была граница? Когда моя воспитанность перестала быть добром и стала обузой?
Теперь я твёрдо знаю: помогать — можно. Принимать — можно. Но разрешать садиться себе на голову — ни за что.