**Сердце, полное кошек: встреча, что перевернула жизнь**
Редко заглядывала Ольга в родное село на берегу Оки, в часе пути от Владимира. После школы сбежала в город, и визиты на малую родину можно было пересчитать по пальцам. Судьба постоянно подбрасывала причины не приезжать. В последний раз она была здесь на поминках родителей да на именинах младшей сестры Нади, оставшейся жить в отчем доме. Телефонные разговоры с сестрой будили в душе щемящую тоску по молодости, по тем беззаботным денькам. Летом она наконец решилась: дети разъехались, внуки заняты своими делами, а ей, одинокой пенсионерке, до смерти захотелось вдохнуть воздух детства, пройтись босыми ногами по росистой траве, пожить в родных стенах хоть немного.
Надя давно звала сестру в гости, чтобы отвлечь от грустных мыслей. Лето выдалось богатым на ягоды, а скоро пойдут грибы — успевай заготавливать! Будет чем угощать соседей да самой полакомиться, вспоминая родные места. Дома в селе крепкие, улица застроена добротными кирпичными домами — наследие былых времен, когда колхоз процветал. Председатель, фронтовик и герой, превратил село в образцовое: отстроил клуб, больницу, школу — лучшую в округе. Его до сих пор вспоминают с теплотой.
Ольга шла неспешно по улице, в одной руке потёртый чемодан, через другую перекинуто пальто. Местные кивали ей в знак приветствия, и она отвечала, хотя лиц не узнавала. Её, видимо, тоже не помнили, но у нас так принято — чужака без внимания не оставлять.
— Оль! Да неужели это ты? — раздался звонкий голос у сельпо.
Ольга поставила чемодан, присмотрелась к женщине.
— Галка! Сорокина! — Радостно улыбнулась, узнав подругу юности.
— А я думаю, похожа не похожа! — затараторила Галина. — Сразу тебя заметила, ещё на повороте! Надолго к нам?
— Как получится, — уклончиво ответила Ольга, пожимая плечами.
— Ох, сколько у нас новостей! Заходи, поболтаем! — Галина сияла, заражая весельем.
— Тебя не переговоришь! — рассмеялась Ольга, подхватывая её настроение.
Из магазина вышел пожилой мужчина с небольшим пакетом. Проходя мимо, слегка поклонился обеим. Ольга ответила кивком и улыбкой. «Рубашка чистая, хоть и мятая, борода с усами седые, аккуратно подстрижены, — отметила она про себя. — Видать, недавно овдовел».
— Кто это? — спросила она у Галины, когда мужчина скрылся за поворотом.
— Да это Николай, наш ветеринар, — махнула рукой подруга. — Мужик золотой, а как на пенсию вышел — словно с цепи сорвался. Жена его бросила, в город сбежала. А он теперь с кошками живёт, всю пенсию на них тратит. Бродячих собирает, больных, покалеченных. Лечит, даже операции делает, говорят!
Через неделю Ольга снова встретила Николая у сельпо. Покупала муку для пирогов, но пятикилограммовый мешок оказался неожиданно тяжёлым. Поставила его на лавочку, чтобы передохнуть.
— Давайте я помогу, — раздался тихий голос. Рядом стоял Николай. — Нам по пути. Вы возьмите мой пакет с подгузниками, а я донесу ваш мешок.
— Подгузники? — удивилась Ольга. — Вам-то зачем?
— Не мне, — смутился он. — Это для Барсика, моего кота. У него позвоночник повреждён, ходить не может, только ползает. Представляете, как ему, гордому, стыдно быть грязным? Вот и приходится…
— Ну надо же! — изумилась Ольга. — И много у вас таких?
— Спинальников? Только Барсик. Ещё трое трёхлапых, один без глаза, один без хвоста. Не смейтесь! Хвост для кота — как руль для машины!
— Они вам сами это рассказали? — усмехнулась Ольга, не удержавшись.
Николай нахмурился, приняв её смех за насмешку.
— Простите, Николай, — спохватилась она. — Вы так уверенно говорите об их чувствах, будто они с вами беседуют. Кстати, зовите меня Ольгой.
— Да, Ольга, вы не поверите, как много они могут сказать! — оживился он. — В их глазах написано всё: и радость, и обида, и любовь.
— Почему именно кошки? Вы же ветеринар, со всеми зверями работали. Неужели нет умнее, полезнее?
— Нет, — твёрдо ответил Николай, качая головой. — Кошки человечнее людей.
— Можно я навещу ваших питомцев? — улыбнулась Ольга.
— Будем рады, — ответил он, приложив ладонь к сердцу.
В тот же вечер Ольга, прихватив банку свежего малинового варенья, отправилась к Николаю. Надя сунула ей пакет с горячими пирожками:
— Николай обожает мою выпечку, говорит, вкуснее не пробовал!
— Он у вас бывает? — удивилась Ольга.
— Да он в каждом дворе свой человек! То корову прививать, то поросёнка лечить — никому не отказывает. Душа-человек! Хоть и смеются над его кошками, но уважают.
Дом Николая стоял в конце улицы. Крепкий, но огород зарос бурьяном — видно, хозяину он был не нужен. Двор, однако, содержался в порядке: сараи целые, куры кудахтали, поленница дров — на две зимы. Машина под слоем пыли намекала, что ездит Николай редко.
На крыльце грелись кошки — то ли три, то ли четыре. Одна, завидев Ольгу, метнулась в дом, остальные смотрели настороженно. Она замешкалась, но дверь распахнулась, и Николай, улыбаясь, вышел навстречу:
— Думал, не придёте! А тут Мурка прибежала, мяукает — гостья идёт! — Из-под ног выглядывала та самая кошка. — Заходите, будем чай пить.
Николай с аппетитом уплетал пирожки, хвалил варенье, угощал Ольгу конфетами и печеньем. За чаем за ними наблюдали с десяток кошек, рассевшихся по полкам вдоль стен. К её удивлению, котят не было, да и запаха, которого она боялась, тоже.
— Я их стерилизую, — объяснил Николай. — Так они не метят, да и потомством не мучаются. Люди в селе тоже стали своих ко мне носить. А по нужде все на улицу бегают, хоть зимой, хоть летом. Открою дверь — несутсяОльга смотрела, как кот Барсик, перебирая лапами, ползёт к ней на колени, и вдруг поняла, что хочет приходить сюда снова и снова.