Свадьбы не будет
Катя окончила педучилище с красным дипломом, мечтала о московском университете. Но мечтам не суждено было сбыться. Отец попал в страшную аварию, долго лежал в больнице в Екатеринбурге. Когда его выписали, мама ушла с работы, чтобы ухаживать за ним дома.
В их маленьком городке под Челябинском университета не было, нужно было ехать в областной центр. Катя решила подождать год. Не могла бросить родителей в такой момент. Устроилась в местную школу.
Врачи говорили, что отец сможет ходить, если заниматься. Мама продала гараж, чтобы нанять массажиста и купить лекарства. Но отец так и не встал с коляски.
— Хватит деньги на ветер пускать! Всё равно не встану, — бурчал он.
Характер у него испортился — стал злым, придирчивым. Больше всех доставалось маме. То воды подать, то просто поорать для души. А пока она бегала, ужин на плите подгорал.
— Ваня, ну ты бы сам до кухни доехал! Картошка уже чёрная, — вздыхала мама.
— У меня вся жизнь чёрная, а ты про картошку! Тебе легко говорить — на ногах. Стакан воды подать — целая проблема? — кричал отец.
Бывало, швырял в неё чем под руку попадётся. А после рюмки и вовсе зверел — будто мама виновата в его беде.
— Пап, брось пить. Возьми себя в руки. Шахматы, книги, телевизор — чем только нельзя заняться? — уговаривала Катя.
— Молоко на губах не обсохло — учить меня собралась! Книжки твои — одна лажа. Ты поживи с моей болью, тогда поговорим! — огрызался он.
— Мам, перестань ему водку покупать, — просила Катя.
— Не куплю — орать будет. Ты же знаешь его…
— Так может, хватит терпеть? Врачи же сказали — может ходить, если заниматься. Он просто ненавидит весь мир и нас заодно!
Жалко его, конечно. Но и им с мамой жилось несладко. Как-то Катя пришла из школы — горло болит, голова раскалывается. А отец то и дело орет: «Катька, иди сюда!» Не выдержала она.
— Хватит! Я еле на ногах стою. Ты на колёсах — сам до кухни доберёшься. Ты не единственный инвалид на свете — люди и работают, и в спорте медали берут! А ты стакан воды поднести не можешь!
Ушла в комнату, слышала, как шуршат колёса по коридору. Ждала, что ворвётся с криками. Но он проехал мимо. С тех пор стал самостоятельнее.
Летом Катя оставляла балкон открытым. Отец подкатывал к двери — «гулял». Проехать не мог — дверной проём узкий. Переделать бы, да денег нет.
— Сдайте меня в дом престарелых, — бухтел отец после стакана.
— Что за ерунда? Ты жив — и слава богу, — утешала мама.
— Надоест тебе за мной убирать. Жалеть будешь, да поздно будет…
Так и жили. Прошёл год, снова наступила осень. Как-то Катя вышла из школы — хлынул дождь. Спряталась под навесом остановки, но брызги от машин всё равно доставали. Стояла, съёжившись, как мокрая ворона.
Вдруг рядом тормознул грузовик. Из кабины выскочил парень, накрылся курткой и подбежал к ней.
— Садись, подброшу!
Катя промокла насквозь, ноги заледенели. Юркнула под его куртку, пропахшую соляркой. В кабине было тепло.
— Ваня, — представился он.
— Катя.
— То есть Екатерина? Куда едем, Екатерина?
Катя назвала адрес. Ваня болтал без умолку — про то, как стал дальнобойщиком после армии, про мать-одиночку, которую содержит.
— Если что — звони! — легко перешёл на «ты».
— А ты кем работаешь? — спросил он.
— Учительница в школе.
— Круто! Буду подъезжать к школе — все завидовать будут! — засмеялся. — Машина-то у меня — загляденье!
Катя не удержалась от смеха. А почему бы и нет? Может, правда пригодится помощь? Дала номер. Вечером он позвонил, предложил в кино.
— Не могу. Отец-инвалид…
— Ну а если я подъеду, просто увидимся?
— Зачем?
— Ты мне понравилась, — просто сказал Ваня.
— А вдруг ты не в моём вкусе? — поддразнила Катя.
— То есть я некрасивый? Или стесняешься, что шофёр? — насупился он.
— Ладно, выйду…
Назавтра услышала гудок под окном. Выглянула — грузовик.
— К тебе что, ухажёр? — догадалась мама.
— Да нет, просто знакомый…
— Иди, а то весь подъезд разбудишь.
Ваня стал приезжать часто. Катал её после работы, угощал чаем из термоса, бутербродами, что мама ему собирала.
— Жених у тебя завидный, — как-то заметила мама, глядя в окно.
— Какой там жених…
— А чего тогда ездит? Девки твои уже замуж повыходили, а ты чего ждёшь?
— Мам, мне уроки готовить надо…
Ваня уже заговаривал о свадьбе, но Катя отнекивалась. Сердце не ёкало при его виде, не горело от прикосновений. А ещё раздражало, как он всё мерял деньгами.
— Не бойся, на свадьбу хватит! Сейчас сезон — кому дрова, кому картошку возить. К зиме иномарку куплю!
Цветов он не дарил — «зачем деньги на ветер». В кафе не водил — «дома вкуснее». Мать его иногда уезжала — тогда он тащил Катю к себе. Секс у него был как работа — без эмоций. Катя всячески увиливала.
Она понимала — не любит. Но где ещё жениха взять? Вокруг одни алкаши. Да и мама подначивала. В итоге Катя согласилась, но уговорила отложить свадьбу до лета.
Но весной Ваня настоял подать заявление. От Кати требовалось только купить платье и явиться в ЗАГС.
Как-то Катя возвращалась из магазина — буквально столкнулась в подъезде с мужчиной.
— Кать?! — окликнул он.
Она присмотрелась.
— Серёжа?!
Неужели Серёга, с которым в детстве по дачам бегали? Тощий пацан превратился в статного мужчину. Родители привозили его летом к бабушке — жила в соседней квартире. Катя вечно торчала у них, объедаясь бабушкиными драниками.
КогдаПотом, на их свадьбе, отец Кати неожиданно сделал несколько шагов без костылей, а мама, улыбаясь сквозь слёзы, прошептала: “Видишь, дочка, всё у нас наладилось”.