Счастье, выросшее на чужой беде: как внук лишил деда дома
Меня зовут Лидия Павловна, и живу я в тихом уголке на окраине Владимира. Здесь все друг друга знают, особенно стариков. Был у нас один дед — Петр Михайлович. Ему недавно исполнилось восемьдесят три, но держался он бодро, несмотря на сухопарость и согнутую спину. Каждое утро заводил свою потрёпанную «Волгу» и ехал в центр — то за пенсией, то за лекарствами, то на базар. Была у него и подруга — Галина Семёновна, лет на пятнадцать моложе, живая, ухоженная, с тёплым взглядом. По вечерам они гуляли, взявшись за руки, как влюблённые подростки. Мы с соседками смотрели на них и, признаться, чуть завидовали их тихой радости.
Но однажды в доме Петра Михайловича объявился внук. Приехал он из деревни под Рязанью — Дмитрий. С виду скромный паренёк, двадцать шесть лет, вежливый, даже робкий. Рассказал, что на селе работы нет, жить нечем, и попросился к деду пожить. Мол, как устроюсь — сразу съеду и невесту перевезу. Петр Михайлович и думать не стал — пустил. Кровь ведь своя, как откажешь?
Сначала всё шло по-хорошему: Дима бегал по собеседованиям, искал место. Дед не отказывал — кормил, одевал, даже на мелкие расходы давал. Гале внимания меньше доставалось — все силы уходили на внука. Она лишь вздыхала, но терпела: семья есть семья.
Прошло два месяца. Работать внук не спешил — дедова пенсия оказалась солидной. Денег хватало на сигареты, на такси, на посиделки с приятелями. Лишь невеста, та самая деревенская, звонила каждый вечер: «Когда же ты меня заберёшь в город?» Тогда Дмитрий решился — устроился в магазин грузчиком и получил первую зарплату.
А потом случилось то, от чего волосы встают дыбом. Он подошёл к деду и с самым невинным видом сказал: «Дед, давай оформим временную прописку, чтобы всё по закону. Подпиши пару бумажек на квартиру — я буду тебе за неё платить, всё честно». Петр Михайлович, не вникая, поставил подпись.
Через неделю в квартиру въехала Анна — та самая невеста. Молодая, с ярким маникюром и холодным взглядом. И вскоре парочка объявила Петру Михайловичу, что квартира теперь их. Оказалось, он подписал дарственную. Старик посерел. Его трясло от ужаса и стыда. Он не верил, что родная плоть могла так подло поступить.
Молодые не стали мудрить. Предложили деду и Гале перебраться в старую избу в деревне, «на природу», мол, для здоровья полезно. Но женщина оказалась крепким орешком. Галина Семёновна долго работала на телевидении, знала журналистов, юристов и людей с влиянием. Она подняла такой шум, что историю начали обсуждать в новостях.
Когда соседи узнали правду, всей улицей пошли в полицию. Написали заявление, привели свидетелей, рассказали всё, что знали. А через пару дней в квартиру явились люди в погонах. Внук понял — афера сорвалась. Под давлением он отказался от квартиры, собрал вещи и сбежал с Аней обратно в деревню. Только не в свою — и там его встретили брезгливыми взглядами. Родня отвернулась. Даже мать сказала, что больше не хочет его знать.
А Петр Михайлович остался в своём доме. Но радость вернулась не сразу. Он подолгу молчал, глядя в окно. Лишь Галя сжимала его руку и шептала: «Ты не один, Петенька. Мы вместе».
Бывает, предательство не приходит со стороны. Оно носит твою фамилию, называет тебя «дедулей» и улыбается ласково, пока не отнимет последнее.