Дневник Анны Кузнецовой
Весеннее солнце заглядывало в окно моей квартирки на улице Смирнова, играя осенними лучами на свежевыкрашенной стене. Я стояла у плиты, помешивая борщ, и поглядывала на часы. Пришлось встать пораньше обещала Сергею приготовить его любимое блюдо. Муж вчера весь вечер ходил хмурый, и я решила его порадовать. Хорошо, что у нас вроде бы всё в порядке он уже неделю как вернулся со скандала в рекламном агентстве, а я не успеваю привыкнуть к мирной жизни.
«Анька, ты не видела мой синий галстук?» Сергей выглянул из спальни в ценной рубахе-агусте, которую подарил отец к свадьбе.
«В шкафу, в правом отделении, я вчера гладила», ответила я, вздёртывая локоть от кастрюли. Вчера он так за меня вставал, когда я сорвала день сдачи презентации для издательства и я ему за это благодарна, хоть он до сих пор выдыхает на работе после маскарада в театральной компании.
На завтрак в тишину только небольшие хмыки с телефона. Я заметила, как он косится на часы, будто ждёт чего. Наконец после молчания выпал фразу:
«Слушай, Ань, я хотел сказать… В общем, отец приезжает. Сегодня. Поживёт немного у нас. Извини, что не сообщил раньше понимаешь, после него я вообще не могу нормально обедать дома…»
Иван Петрович? Именно тот, который на нашей свадьбе в церкви-то специальную корзину с деньгами требовал вместо свадебного кортежа? Или когда сватал, номера машин красивые предлагал, а не кольца? С тех пор как мама Сергея умерла, он и жены своей Галины, с которой… Четыре года, как вроде живут, а папа говорил, что с каждым месяцем всё хуже становится.
«Когда?» только смогла выдавить.
«Сегодня, должен ужинать. Я встречу его с работы. Понимаешь, они с Галиной снова ссорились. Говорит, хочет пару недель пожить у нас, пока разберутся.»
«Пару недель?» я попыталась не выдать панику в голосе. Ухудшает ситуацию! Вчера я договорилась о съёмной квартиры под Геленджиком для каникул с ребёнком Сергея и вот всё на какого-то опять тестя тратить буду? «Ты помнишь, как он ко мне относится?»
«Он изменился», сняв руку с плеча, неуверенно мямлил Сергей. «После операции на сердце пересобрал себе всю жизнь. Я не мог ему отказать, Ань. Он всё-таки мой отец.»
« Для меня он дед, а не родитель», буркнула я, подходя к столу. «И ты должен был сначала со мной обсудить. Мне всё переносить, я же завтра на съёмку в студии. Разрулить всё втихую не пытаешься?»
Но он начал притягивать меня к себе и целовать. Я обвила его руки, но сердилось внутри. Типичный русский отец мужа в моих иллюзиях сначала в жизнь влезет, потом забудет, как славно жил до этого. Надо, чтоб всё пошло хотя бы без скандалов.
День прошёл как в тумане. Попыталась сосредоточиться на съёмке рекламного ролика для магазина косметики, но мысли ломались к прежнему какие у Ивана Петровича традиции? Он же всегда говорил, что «внуков видеть не должен у журналистки-то, сквозь экраны съёмок с ними». Представляю, как он будет орать на моё куртка в рыжий горох, или да-да начнёт разносить про вкус EF фотоаппарата.
К вечеру я переустроила всю квартиру, скинула с себя любимые ботинки и ужинала на сковородке картошку с грибами. «Будь что будет», решила я, расставляя тарелки. Наконец зазвенела дверь в семь вечера. Я глубоко вздохнула и пошла открывать.
На пороге стоял Сергей, а за ним высокий седой мужчина с военной выправкой. В руке он держал потрепанный коричневый чемодан. Такие же, как у бабушки моей в детстве.
«Здравствуйте, Иван Петрович,» попыталась улыбнуться, хоть губы не слушались. «Доброго вечера. Заходите, ужин почти готов.»
За ужином говорил в основном Сергей. Рассказывал о работе, как мы недавно поменяли машину, о планах на отпуск. Иван Петрович кивал и задавал вопросы, а я молча подкладывала еду в тарелки. Когда я еще думала, как всё налаживается у него был такой шанс… «Неужели он не поменялся?» будто взорвалась в голове эта мысль.
«Вкусно,» неожиданно произнёс Иван Петрович, обращаясь ко мне. «Ты всегда так хорошо готовила?»
«Училась постепенно,» сказала, недоумевая. Армейское поварёшное чувство у многих остается, но он-то меня и в свадебный день обозвал «одичавшей гадиной».
Наконец, я покажу ему комнату. По-настоящему старую. Ту, где даже без интернета в Телекине кандидатуры выбирают. Он осмотрелся и поставил чемодан у кровати. «Хорошо у вас,» сказал он, проводя рукой по спинке кресла. Нет, это не невидимая паутина, но я всё равно сразу не поверила совсем.
Утром проснулась от странных звуков на кухне. Уже и солнце ярко сияло. Сергей спал, я накинула халат и вышла.
На кухне хозяйничал Иван Петрович. На плите кипел чайник, а тесть, в спортивном костюме, нарезал хлеб. Я дернула себя за старое: «не ври, ты знаешь, он на это не способен».
«Доброе утро,» сказал он, увидев меня. «Прости, если разбудил. Привычка рано вставать осталась с армии.»
«Ничего страшного,» ответила, подходя к холодильнику. «Я сейчас приготовлю завтрак.»
«Не нужно, я уже сделал себе бутерброд. А вы с Сергеем спите, еще рано.»
Я удивлённо смотрела, как он аккуратно убирает за собой крошки со стола, моет нож и чашку. И вдруг вспомнила, как в детстве бабушка говорила: «Настоящий мужчина не ради слова, а за делом.» Может быть, он действительно не такой, каким казался?
Когда Иван Петрович ушёл, я набрала Татьяну, старую подругу с курса журфака.
«Тань, не поверишь! К нам Иван Петрович приехал. Да, тот самый. Но что-то он изменился. Всему рад, даже посуду за собой помыл!»
«Не верю,» смеялась она. «Может, это его двойник? Помнишь, как он на вашей свадьбе буянил? А как он тебя обозвал, когда вы им сказали, что квартиру в ипотеку взяли без его помощи?»
«Помню, конечно,» вздохнула. «Но люди меняются, наверное.»
«Или прикидываются. Будь осторожна, подруга.»
Вечером Сергей задержался на работе, и я осталась с тестем наедине. Готовила ужин. Потом он спросил: «Можно тебе помочь?» Что? Наверное, он и впрямь переработал… Но я не могла сопротивляться.
Пару минут мы работали молча. Потом он прокашлялся: «Ань, я хотел извиниться перед тобой.За свадьбу, за грубости, за то, что не поддерживал вас. Я был не прав.»
Я чуть не уронила ложку. Повернулась к нему. «А, Иван Петрович… Что теперь?»
«Инсульт,» он горько усмехнулся. «Знаешь, когда не знаешь, доживёшь ли до утра… Всё видится по-другому. Я понял, что остался один. Сын не общается, жена… с Галиной мы чужие люди. А мог бы внуков нянчить, если бы не был таким упрямым ослом.»
Но я вспомнила его слова о том, как он «ненавидит дочерей мужа и их разврат». Что-то в этом не совпадало.
«И что теперь будет с вашей квартирой?» Для меня он был непредсказуем, как тюлень в городе.
«А ничего,» усмехнулся он. «Я ведь не совсем выжил из ума. Документы не подписал. Сказал Галине, что уезжаю к сыну на время, а сам хочу посмотреть, как она себя поведёт. Если одумается вернусь. А нет так и разведусь на старости лет.»
Дверь хлопнула пришёл Сергей. Старый замёдленный шаг в его голосе: «Всё в порядке?»
«Всё хорошо, сынок,» Иван Петрович похлопал его по плечу. «Мы с твоей женой нашли общий язык. Хорошая она у тебя.»
За ужином он рассказал сыну то же, что и мне. Сергей слушал, хмурясь, но ничего не говорил. После ужина он отозвал меня в спальню.
«Ты ему веришь?» спросил он шепотом.
«Не знаю,» честно ответила. «Но он кажется искренним. И, знаешь, я даже могу представить Галину в роли охотницы за наследством.»
«Да уж,» Сергей покачал головой. «Я всегда говорил, что она к нему неспроста прибилась. Молодая, эффектная и вдруг замуж за пенсионера?»
«Пусть поживёт у нас, пока не разберётся со своими делами,» решила. «В конце концов, он твой отец.»
Дни шли за днями, и Иван Петрович постепенно становился частью нашей жизни. Он вставал рано, делал зарядку, готовил завтрак, дома помогал, наводил порядок. Вечерами мы часто сидели втроём, смотрели ТВ или просто разговаривали. Я заметила, что он стал больше улыбаться, а не ругаться на за слив лампочек в ванной.
Однажды вдруг услышала разговор мужа с отцом: «Папа, я не понимаю, почему вы раньше всегда говорили, что Анна не подходит для меня? Ведь она всегда была такой доброй…»
«Я тебе скажу, сынок,» голос Ивана Петровича звучал виновато. «Я боялся. Боялся, что она заберет тебя у меня. Что ты перестанешь быть моим сыном. Эгоизм, конечно. Только когда сам оказался один, понял, как был не прав.»
Я прослезилась, слушая. Вспомнила, как бабушка, когда я уезжала во Францию учиться, сказала: «Люди не злые, доченька. Они просто раненые и напуганные.»
В воскресенье к нам на обед пришла Татьяна. Увидев, как Иван Петрович помогает мне накрывать на стол, она вытаращила глаза.
«Да, я тоже сначала не верила,» шепнула ей. «Но он правда изменился.»
После обеда Татьяна отвела меня в сторону: «А ты не думаешь, что он что-то задумал? Возможно, хочет вашу ценную квартиру?»
«Думаю, что нет,» покачала головой. «У него своя, и пенсия хорошая, военная. А бабушкина дача в Подмосковье лучше, чем квартирка на Смирнове.»
Но она смотрит на меня с недоверием.
Через две недели раздался звонок. Открыла дверь и увидела женщину лет сорока пять, эффектно одетую, с ярким макияжем.
«Где мой муж?» спросила она.
«Вы, должно быть, Галина?» догадалась я. «Проходите, Иван Петрович дома.»
Галина прошла в квартиру, цокая высокими каблуками.
«Коля!» воскликнула она. «Наконец-то я тебя обнаружила! Я так волновалась!»
«Неужели?» сухо спросил Иван Петрович. «А я думал, ты рада была от меня избавиться.»
«Как ты можешь так говорить!» она всплеснула руками. «Я с ума сходила! Звонила всем! Даже в полицию хотела обращаться!»
«Не надо лгать, Галя. Я знаю, что ты успела проверить, цела ли сберкнижка, поменяны ли замки в квартире и не пропали ли документы.»
Галина осеклась.
«Я… я просто беспокоилась о нашем имуществе.»
«О моём имуществе, ты хочешь сказать,» поправил её Иван Петрович. «И знаешь что? Я подаю на развод. Можешь забрать свои вещи и драгоценности, которые я тебе дарил. Остальное мое.»
«Как ты смеешь!» выкрикнула она. «После всего, что я для тебя делала!»
«А что ты для меня делала, Галя?» спросил Иван Петрович. «Готовила? Нет. Заботилась, когда я болел? Тоже нет. Любила? Очевидно, нет.»
Галина перевела взгляд на меня, которая тихо стояла в стороне.
«А! Это все она! Наверное, настроила тебя против меня! Решила на старика нашего нацелиться!»
«Не говори глупостей,» оборвал её Иван Петрович. «Анна счастлива с моим сыном. И, знаешь, я только сейчас понял, почему. Потому что она любит его. Не его деньги, не его перспективы, а его самого. То, чего ты никогда не испытывала ко мне.»
Уходя, визит Галины закрыла дверь так, что повредила молнию ключевой замки. Я только посмотрела, как Иван Петрович виновато смотрит на нас.
Вечером, когда пришёл Сергей, ему рассказали о визите.
«Значит, всё решилось?» спросил он отца.
«Да,» кивнул он. «Хватит глупостей делать на старости лет. Поживу один, спокойно.»
«Ты всегда можешь остаться с нами,» сказала я.
«Спасибо, Ань,» растроганно ответил. «Но я не хочу вам мешать. У вас своя жизнь. Я вернусь в свою квартиру. Но буду приезжать в гости, если позволите.»
«Конечно,» обнял он отца.
Через неделю Иван Петрович собрал свой чемодан. На пороге он обнял сына, потом повернулся ко мне.
«Спасибо тебе,» сказал он тихо. «За то, что приняла меня, несмотря на прошлое. За то, что дала шанс всё исправить. Я многому научился у вас с Сергеем.»
«Чему же?» удивилась я.
«Тому, как должна выглядеть настоящая семья. Без притворства, без корысти. Когда люди просто любят друг друга.»
Когда дверь за тестем закрылась, я прильнула к мужу.
«Кто бы мог подумать, что всё так обернётся,» сказала.
«Да уж,» Сергей поцеловал меня в волосы. «Иногда людям просто нужно время, чтобы понять, что для них действительно важно.»
Вечером раздался звонок. Сергей взял трубку, послушал и передал мне.
«Это папа,» сказал.
«Ань,» голос Ивана Петровича звучал взволнованно. «Я просто хотел сказать… Я горжусь, что у моего сына такая жена. И… если вдруг у вас появятся дети… я был бы счастлив стать дедушкой.»
Мы переглянулись и улыбнулись.
«Вот знаешь, Иван Петрович, мы как раз собирались вам рассказать… Примерно через семь месяцев вы станете дедушкой.»
Настала минута тишины на том конце. Потом радостный возглас.
«Правда? Мальчик или девочка?»
«Ничего не знаем,» рассмеялась я. «Но когда узнаем, вы будете первыми, кому мы скажем.»
Положив трубку, я прижалась к Сергею.
«Знаешь, я рада, что твой отец приехал к нам. Даже с этим старым чемоданом.»
«И я рад,» нежно погладил он ещё плоский живот. «Нашему малышу повезёт с дедушкой. Не у каждого ребёнка есть дед, который смог изменить жизнь в семьдесят лет.»
За окном начинался дождь, но в квартире было тепло и уютно. Иногда жизнь делает неожиданные повороты, принося чемоданы с проблемами. Но ещё чаще она даёт шанс всё исправить. Главное не упустить этот шанс.