Сон, похожий на правду
Снова Света проснулась от громкого шума на кухне. Мать с отцом и их вечно пьяные друзья кричали, как всегда. В свои девять лет девочка не знала, что бывает другая жизнь где родители не орут, не дерутся, а просто любят своих детей.
Натянув потрёпанное платье, Света крадучись проскользнула мимо кухни. Родителям было не до неё. На полу валялись пустые бутылки, все за столом были пьяны в стельку.
Бежать, мелькнуло в голове.
Она выскочила во двор и забилась за старый сарай своё тайное убежище. Здесь было тихо. Сжавшись в комок, девочка обхватила колени худыми ручонками.
Живот сводило от голода. Слёзы катились по грязным щекам. Сколько себя помнила, родители только пили. Крики, драки, битая посуда вот и вся её жизнь. Летом ещё можно было сбежать, а зимой приходилось прятаться в углу комнаты, за кроватью, и ждать, пока скандал утихнет. Иногда и ей доставалось отец мог швырнуть что под руку.
Время шло, а ничего не менялось. Еды вечно не хватало. Света привыкла к пустому желудку, стала похожа на тростинку. Бабушки и дедушки у неё не было отец вырос в детдоме, а бабушка умерла ещё до её рождения. Соседи иногда подкармливали, в школе девочки делились булочками.
Сейчас, сидя за сараем, Света всхлипывала и мечтала:
Вот бы завтра всё стало по-другому
Вытерев слёзы, она подняла голову и увидела на соседской груше за забором краснели спелые плоды. Небольшие, но румяные. Глаза загорелись:
Сорвать бы одну Но если поймают назовут воровкой.
За забором виднелся старый двухэтажный дом с мансардой. Там жила Ольга Степановна, лет пятидесяти с лишним, бывшая работница милиции. Строгая на вид, но Света видела её пару раз выходила во двор, сажала цветы.
Почему одна в таком большом доме? удивилась девочка.
Соблазн пересилил страх. Осмотрев забор, она нашла прогнившую доску и вмиг юркнула в щель. Очутившись в чужом саду, Света ахнула: под деревом лежали упавшие груши! Она схватила одну, впилась зубами в сочную мякоть. Казалось, вкуснее ничего не ела. Третью грушу доедала, когда над ней раздался голос:
Здравствуй, девочка.
Света вздрогнула. Перед ней стояла сама Ольга Степановна в тёмных брюках и бордовой кофте, волосы коротко стрижены.
З-здравствуйте прошептала Света, готовая к крикам и затрещинам.
Но соседка лишь спросила:
Как зовут-то тебя?
Света
Ну, Света, голодная, поди? женщина мягко улыбнулась. Пойдём, чай пить будем. Варенье есть, булочки. Можешь звать меня тётей Олей.
Девочка остолбенела. Её зовут в гости?
Дом оказался уютным и чистым не то что её хата. Тётя Оля велела умыться, накрыла стол: чай, печенье, бутерброды, варенье вишнёвое. Света ела, не разбирая вкуса, просто глотала, чтобы наконец насытиться.
Соседка смотрела на неё с грустью. У Ольги Степановны была хорошая жизнь: работа, муж (умер три года назад), пенсия. Но детей Бог не дал. А теперь глядела на эту заморышку и сердце ныло.
Когда Света наелась, даже заулыбалась.
Родители-то где? осторожно спросила тётя Оля.
Девочка махнула рукой в сторону своего дома и снова потупилась.
Ладно, вздохнула женщина. Приходи ко мне, когда захочешь. Одна я тут, скучно. Хочешь, альбом со старыми фото покажу?
Так начались их тайные встречи. Пять дней подряд Света приходила к соседке завтракала, обедала, слушала истории. Тётя Оля купила ей новое платье, кормила пирогами. Впервые в жизни девочка почувствовала тепло.
Но однажды Света не пришла. Не появилась и на следующий день. Тётя Оля, не выдержав, пошла к её дому.
Двор зарос бурьяном. Дверь открыла мать перегаром несло за версту.
Где Света? рявкнула Ольга Степановна.
Опека забрала, буркнула пьяная баба.
Не сказав ни слова, женщина развернулась. Сердце сжалось: девочка в детдоме при живых родителях!
Тётя Оля не спала ночами. Потом вспомнила про старую коллегу Наталью, ещё работавшую в органах.
Наташ, помоги, голос дрожал. Нужно узнать, где теперь Светка
Через день всё прояснилось: девочка в местном детдоме. Ольга Степановна собрала документы, приехала к директору своей знакомой.
Хочу взять её под опеку.
Бюрократия, бумаги, ожидание Наконец тот самый день.
Когда Ольга Степановна вошла в игровую, Света сидела у окна. Увидев её, девочка вскрикнула:
Мама! и бросилась в объятия.
Они плакали, обнявшись.
Теперь мы вместе, Светик.
А за спиной утирала слёзы и директор детдома.
По дороге домой Света прыгала, как зайчонок. Теперь у неё есть мама. И завтра оно уже другое.