**Дневниковая запись. 12 ноября.**
Сегодня вернулся домой с тяжестью на сердце. Квартира в старом доме в Новосибирске, наша семейная крепость, встретила меня запахом тушёной картошки с мясом. Женя, как всегда, ждала у плиты, только взгляд у неё был чуть тревожный.
— Очень поздно, Игорь, — сказала она мягко, но в голосе слышался упрёк. — Опять задержался? Садись, покормлю.
Я молча кивнул, опускаясь на кухонный стул. Женя быстро поставила передо мной тарелку. Её руки, привычные к быстрым движениям, ловко разогревали ужин.
— Что-то случилось? — спросила она, пристально глядя на меня. — Весь вечер какой-то отрешённый.
— Да нет, всё в порядке, — буркнул я, вертя в пальцах уголок салфетки. — Просто… Надо поговорить.
— Говори, — Женя села напротив, сложив руки на столе.
— Я встретил другую, — выпалил я и сжал веки, будто готовился к удару.
***
А ещё пару часов назад Лиза прижалась ко мне в прихожей её квартиры, обвила руками, будто боялась, что я уйду.
— Игорек, ты же сегодня скажешь? — прошептала она, и голос её дрожал. — Обещал…
— Не знаю, — пробормотал я, неуверенно обнимая её в ответ. — Попробую.
— Ты должен, — её глаза блестели в полутьме. — Оттягивать бессмысленно…
Потом был поцелуй, тёплая постель, где время словно останавливалось.
***
По дороге домой ноги подкашивались. Как сказать Жене, которая пятнадцать лет была моей опорой? Как объяснить, что я, взрослый мужик, повелся как мальчишка? И самое страшное — как оправдаться перед Серёжей и Алёшей?
Наши близнецы. Гордость. Их одинаковые карие глаза смотрели на меня со стены в прихожей, словно уже знали. Я тряхнул головой, отгоняя мысли.
А ведь как мы ждали этих мальчишек! Когда узнали, что будет двое, Женя сначала испугалась — как справимся? Но она оказалась настоящей чаровницей. Отличала их с первого взгляда, успевала всё: и дом в порядке держать, и с детьми возиться. Кормила грудью до года, ни на что не жалуясь.
После работы меня всегда ждал горячий ужин, её улыбка и смех ребят. Женя умела всё: и успокоить расшумевшихся сорванцов, и воспитать их так, чтобы слушались, но не боялись. Она прививала им уважение ко мне, делала так, чтобы я для них был примером. И получалось: Серёжа и Алёшка обожали отца.
Сыновья выросли хорошими — в тринадцать лет уже самостоятельные, учёба, хоккей, куча друзей. Женя знала всех их приятелей: как зовут, где живут, кто родители. Наш дом всегда был открыт для гостей, мальчишки таскали друзей постоянно. Меня это раньше бесило — шум, гам, вечный беспорядок. Но Женя твёрдо сказала:
— Наши дети должны уметь дружить. И я хочу знать, с кем они общаются. Это важно, Игорь. Смирись.
Она была права. Как всегда. Дети росли, а наш дом оставался тёплым гнездом, где всем было хорошо.
А теперь… Сможет ли Лиза вписаться в эту жизнь? Примут ли её мальчишки? От одной этой мысли по спине побежали мурашки. Как они полюбят женщину, из-за которой отец бросил мать? Они обожают Женю. Для них мой поступок будет предательством — и будут правы.
Женя не заслужила этого. Пятнадцать лет она была идеальной женой, верной подругой, заботливой матерью. Я был счастлив с ней — пока не появилась Лиза.
Лиза — молодая, яркая, с огнём в глазах, разбудившем во мне давно забытые чувства. Влюбился как пацан, с первого взгляда. Она заполнила все мысли, вытеснила всё остальное. После недели встреч я уже не мог думать ни о чём, кроме неё. Хотелось только одного — держать её рядом, тонуть в её улыбке.
Разве я виноват? Любовь — это стихия, против которой не попрёшь. Но поймёт ли Женя? Устроит ли истерику? Хотя… Это не в её характере. Она всегда была мудрой, сдержанной. Но что будет после моих слов? Развод? Ведь Лиза ясно дала понять — хочет, чтобы я ушёл.
У подъезда я сел на скамейку, руки дрожали. Идти домой было невыносимо.
***
А Женя тем временем, уложив детей, сидела у окна, глядя в темноту. Она давно всё знала. Чувствовала, что сегодня я решусь сказать. Надеялась, что это пройдёт, но нет — зашло слишком далеко.
«Бедный, боится зайти, — думала она. — Мучается, подбирает слова. Страшно тебе, Игорь? Понимаю. Ты даже не догадываешься, что я давно в курсе. Готовилась к этому разговору, хотя и не хотела начинать первой. Пятнадцать лет вместе, двое детей… Ты всегда был честным, никогда не давал поводов. А тут — влюбился. С кем не бывает? Но зачем, милый, так глубоко закопался? Думаешь, она заменит тебе нас? Ошибаешься. Пройдёт пара месяцев, и ты затоскуешь. Но раз решил — говори. Я готова».
***
Дверь тихо скрипнула. Я вошёл, надеясь, что все спят.
— Наконец-то, я уже заждалась, — раздался голос Жени с кухни. — Нельзя же так засиживаться. Будешь ужинать?
Я кивнул, чувствуя, как надежда на отсрочку тает. Женя поставила передо мной тарелку. Я ел, не ощущая вкуса, а в голове звучал шёпот Лизы: «Ты сегодня скажешь?»
После ужина я включил телевизор, но смотрел в одну точку. Женя села рядом.
— Любимый, ты в порядке? Весь вечер сам не свой, — мягко сказала она, будто помогая мне начать.
— Да нормально, — выдавил я. — Просто… Надо поговорить…
— Говори, — взгляд её был тёплым, но в нём читалась решимость.
— Понимаешь… Не сердись… Я…
— Игорь, ты меня пугаешь, — она слегка нахмурилась. — Говори уже.
— Я не знаю, как сказать…
— Говори прямо.
— Я встретил другую! — выпалил я, зажмурившись, ожидая криков.
Но реакция Жени ошеломила.
— И? — спокойно спросила она.
— Что «и»? — растерялся я.
— Что собираешься делать? — голос её был ровным.
— Я… Уйду к ней. ПоОн замер, ожидая бури, но Женя лишь вздохнула и тихо сказала: “Я знала”.