— Знаешь, как он на тебя смотрит? С любовью и обожанием, — с довольной ухмылкой заявила дочь.
Дмитрий вышел из ванной, укутанный лишь полотенцем. Капли воды стекали по торсу, словно подчёркивая каждую мышцу. Не мужчина — грех. У Валерии в груди ёкнуло.
Он присел на кровать и потянулся к ней, но она уклонилась.
— Сегодня не надо, а то я точно никуда не уйду. Мне пора — Аня, наверное, уже дома. — Валерия прижалась щекой к его плечу.
Дмитрий вздохнул.
— Валя, ну сколько можно? Когда ты наконец скажешь дочери про нас?
— Три месяца назад ты даже не знал, что такая вообще есть, и жил себе спокойно. — Она встала, торопливо натягивая джинсы.
— Да я не жил, а существовал! Я без тебя…
— Не терзай меня. И не провожай. — Валерия выскользнула за дверь.
По улице она шла, словно по минному полю. Ей казалось, прохожие видят, откуда она идёт. Мужчины задерживали взгляд, женщины косились с осуждением. Ну а что — осиная талия, ноги от шеи, губы бантиком, глаза — как у сказочной царицы. Даже растрёпанные волосы, выбившиеся из хвоста, делали её только эффектнее. А Валерия мечтала стать невидимкой.
***
Замуж она вышла рано, в двадцать, по большой любви. Почти сразу забеременела. Муж уговаривал сделать аборт — мол, рано, денег нет. Но Валерия упёрлась — и родила дочку, надеясь, что он остепенится. Однако к ребёнку он остался равнодушен. Ну, бывает.
А потом — звонок. Женский голос назвал адрес. Валерия не рванула сразу, а дождалась мужа. Он сначала отнекивался, потом оправдывался, потом орал:
— Какая-то психопатка ляпнула — и ты веришь?! Да ты такая же! Ухожу, потом пожалеешь…
Дверь захлопнулась. Валерия едва не сломалась, но дочка требовала заботы. А через две недели она всё же пошла по тому адресу. Стояла за деревом, как настоящий детектив. Вскоре мимо прошёл её муж — с молодой женщиной под руку. Зашли в подъезд.
На следующий день Валерия подала на развод. Не из тех, кто прощает. Устроила дочь в садик и вышла на работу.
Иногда появлялись кавалеры, но никто не цеплял. Пока спустя годы не встретился Дмитрий. Высокий, статный, под стать ей самой. Роман вспыхнул мгновенно. Однажды Аня спросила, куда мама так наряжается.
— На свидание, — полушутя ответила Валерия.
— А-а-а… — дочь многозначительно протянула и больше не спрашивала.
Фигурой Аня пошла в мать, но лицом — в отца. Все удивлялись: как у таких красивых родителей — обычная дочь? А Валерия была рада. Красота — не хлеб, с ней одни хлопоты.
Подруг у неё не было — девчонки завидовали. Боялись меркнуть рядом. Может, потому и вышла рано — надеялась, что муж станет другом.
— Простоват он для тебя, хоть и видный, — вздыхала мама.
***
— Аня, я дома! — Валерия захлопнула дверь.
— Учу уроки, — донеслось из комнаты.
Валерия переоделась, накрыла на стол. Вскоре явилась Аня, устроилась на кухне и тут же отломила кусок хлеба.
— Не порти аппетит! — Валерия поставила борщ. — Я хотела поговорить.
— Говори, — дочь уплетала суп, даже не поднимая головы.
— Скоро мой день рождения.
— Помню.
— Хочу пригласить… одного знакомого.
— С которым спишь? — Аня невозмутимо хрустнула огурцом.
— Встречаюсь! — Валерия вспыхнула. — У нас разговор, а не пошлятина!
— Какая разница? В твои годы встречаться и спать — одно и то же.
— Ну так… пригласить его? Ты не против?
— Да мне-то что. Бабушка тоже придёт?
Валерия выдохнула. Пятнадцать лет — сложный возраст. Но вроде не против.
— Бабушка в воскресенье. Но мне важно, чтобы ты и он…
— Да ладно, мам, зови уже!
В субботу Валерия весь день колдовала на кухне. Дмитрий явился с роскошным букетом и подарил кольцо. Она опешила.
А он, желая понравиться Ане, сыпал шутками, рассказывал байки. Дочь сидела с каменным лицом. Когда он ушёл, Валерия заглянула к ней, попыталась обнять — Аня увернулась.
— Он тебе не понравился?
— Нет.
— Почему?!
— Просто не понравился. — Аня вздохнула. — Мам, ну ты же молодая, умная… Как ты не видишь, что он тобой просто пользуется?
— Бабушка тебя настроила?
— При чём тут бабушка?! У меня глаза есть!
Валерия встала, уже уходя, но дочь окликнула:
— Мам… ты его любишь?
Не оборачиваясь, Валерия кивнула.
— Ладно. Встречайся. Только… не пускай его жить к нам, — тихо попросила Аня.
— Почему?!
— Не нравится он мне, и всё.
Как ни странно, Валерия почувствовала облегчение. Дмитрий действительно слишком настырно говорил о совместной жизни, но почти ничего не рассказывал о себе. И Аня волновала его лишь постольку-поскольку.
На следующий день он позвонил:
— Соскучился! Встретимся?
Он не спросил, как Аня к нему относится. Не волновало или был уверен в себе?
— Сегодня мама приедет, не смогу, — солгала Валерия.
— Тогда завтра?
— Завтра, — она повесила трубку с облегчением.
Бабушку Аня встретила гораздо теплее, чем Дмитрия. Про него никто не заикался, к её радости. «Наверное, дочь видит то, чего не вижу я», — думала Валерия.
Но всё шло по-прежнему. Встречи у Дмитрия, его разговоры о будущем…
— Терпи! — просила Валерия.
Он вдруг взорвался:
— Аня эгоистка! Через пару лет сама влюбится — а ты останешься одна!
— Ты уже хочешь расстаться? — холодно спросила Валерия.
— Нет, просто сорвалось…
Они поссорились и расстались в холодке.
А через два дня Аня пришла поздно.
— Где была?! Уроки?! — набросилась мать.
— Сделала! Мам, мне надо кое-что сказать… — лицо дочери светилосьВалерия улыбнулась, проводив Петра Ивановича, и вдруг поняла, что счастье — это не греческий профиль и накачанный торс, а тёплый взгляд человека, который годами ждал у её двери с гаечным ключом в руках.