Света не могла успокоиться. На руках дремала крохотная Машенька, а она всё стояла у окна, не в силах отойти. Уже час глазела во двор.
Ещё пару часов назад её муж, Денис, вернулся с работы. Света хлопотала на кухне, а он так и не зашёл к ней. Когда она выглянула в коридор, то застыла: он складывал вещи в сумку.
— Ты куда? — спросила она, растерянно моргая.
— Ухожу. К любимой.
— Денис, ты что, шутишь? Опять в командировку собрался?
— Да когда ты поймёшь! Надоела. Ты только о Машке и думаешь, меня вообще не замечаешь, сама запустилась…
— Тише, ребёнка разбудишь.
— Вот! Опять она! Мужик уходит, а ты…
— Настоящий мужик бы жёнy с младенцем не бросил, — тихо бросила Света и ушла к дочке.
Знала его нрав. Разговор продолжать — скандал грянет. Слёзы подступали, но показывать их она не собиралась. Взяла Машеньку из кроватки и затворилась на кухне. Туда он не полезет — вещей его там нет.
В окно видела, как он сел в «Ладу» и укатил. Даже не оглянулся. А она всё стояла. Может, надеялась, что сейчас машина развернётся, и он, смеясь, скажет: «Ну ты и доверчивая!» Но двор пустовал.
Ночь прошла без сна. Звонить некому. Мать её давно махнула рукой — обрадовалась, когда дочь замуж выскочила, и забыла. У Галины Сергеевны будто и не было дочери, только сын Витька, её младший брат. Подруги? Такие же загнанные мамаши. Сейчас спят. Да и чем помогут?
Под утро забылась на час. Позвонила Денису — он сбросил и прислал СМС: «Не звони больше».
Машка завозилась. Света подошла, сжала кулаки. Раскисать нельзя. Ушёл и чёрт с ним. Есть дочь, о которой надо заботиться.
Проверила кошелёк и карту — жуть. Даже если хозяйка подождёт с арендой до пособия, всё равно не хватит. Есть нечего. Можно было бы подработать, но ноутбук Денис прихватил.
Оставалось две недели, чтобы придумать план. Но после звонков знакомым стало ясно: с грудным ребёнком её никуда не возьмут. Даже на мытьё полов нужна нянька. А няньки нет. Переезжать? Они и так снимали дыру за копейки. Оставалось только к матери. Но у той в двушке уже ютились Витька с женой и двойняшками. Пятеро на сорок метров — куда там ещё двое?
Хозяйке сказала, что съедет. Комнаты в общаге смотрела — там ад: пьяницы, шум, грязь. Писала Денису: «Хоть на ребёнка помоги». Он даже не читал. Видимо, в чёрном списке.
Осталось пять дней. Стала собирать вещи — хоть отвлечься. Тут — звонок.
На пороге стояла Нина Петровна, её свекровь.
«Неужели проблемы ещё больше?» — мелькнуло у Светы, пока она впускала её.
С Ниной Петровной отношения всегда были, как в том анекдоте: «У вас тут вообще полы моют?» Её стряпню свекровь брезгливо называла свинским кормом. Когда родилась Машка, заявила, что ребёнок «не в породу», и требовала ДНК-тест. Лишь полгода спустя признала внучку.
Денис успокаивал: «Мама одна меня поднимала, вот и ревнует». Просил терпеть.
А теперь она тут, после его ухода. Наверное, пришла утереть нос. Но Свете уже всё равно.
— Собирай вещи, — рявкнула Нина Петровна. — Вам тут не место.
— Что?..
— Быстро! Едете ко мне.
— К вам?!
— А куда ещё? К матери, где «семеро по лавкам»?
— Вы… знаете?
— Конечно. Этот болван сегодня всё рассказал. У меня трёшка — места хватит.
Выбора не было.
В квартире свекрови Света сначала оцепенела. Потом та показала комнату для них с Машей. Когда девочку уложили, Света вышла на кухню.
— Знаю, мы с тобой не ладили, — неожиданно сказала Нина Петровна. — Но ты меня прости.
— Вы просто хотели лучшего для сына…
— Какого там лучшего! — перебила свекровь. — Была эгоисткой. А сегодня он мне всё выложил. Прости и за то, что такого урода вырастила. Не пойму, где ошиблась. Его отец нас бросил, когда Дениске три месяца было. А он… повторил. Живите здесь, сколько надо.
Света онемела. Не ожидала такого. Слёзы капали на стол.
— Хватит реветь, — буркнула Нина Петровна, но без злости. — Строго сказала.
— Это от… благодарности.
— Не надо. Заглаживаю вину. Крыша есть. Когда работать пойдёшь — с Машкой посижу.
С тех пор стали не разлей вода. Конечно, Нина Петровна порой огрызалась, но сразу ловила себя.
В день первого дня рождения Машки комнату украсили шарами. На столе — яблочный пирог.
— Смотри, Леночка, первые шаги! — воскликнула свекровь, когда Машка, потянувшись к шарику, шлёпнулась на попу.
Тут звонок. Нина Петровна открыла — на пороге стоял Денис с какой-то рыжей девчонкой.
— Ма, пусти пожить. Квартиру снимать дорого, — буркнул он.
— С кем это?
— С Анжелиной. Ну, мам…
— Места нет.
— Ты что, сожителя завела?
— Да хоть бы и так! А теперь вали.
Он протиснулся внутрь, увидел праздничный стол, шары, Свету с дочкой.
— Сынок, ты здесь лишний, — холодно сказала Нина Петровна. — Завтра твой брак расторгнут. А сегодня — день рождения твоей дочери. Кстати, ты ведь даже не уверен, что она твоя?
Денис побледнел.
— Если сомневаешься — делай тест. Только денег зря потратишь. А теперь — марш!
Она указала на дверь.
— Мам, если я уйду… — заикнулся он.
— Уходи.
Когда Машка уснула, Света подошла к свекрови.
— Может, мне уехать? Всё-таки он ваш сын…
— Сын — да. Но так поступать с ребенком — низко. Жён — сколько угодно, а детей… Нет, не прощу.
Прошло четыре года.
— Ну сколько скрывать-то будешь своего ухажёра? — вдруг спросила Нина Петровна.
— Вы… знаете?
— Да красСвета улыбнулась, погладила округлившийся живот и подумала, как хорошо, что жизнь иногда даёт второй шанс — хоть и через боль.