Данила так и остался маменькиным сынком — даже став взрослым мужчиной
Когда я наконец решилась замуж, мне уже стукнуло тридцать пять. Я не торопилась — не хотела бросаться на шею первому встречному. Мне хотелось настоящего, глубокого, осознанного чувства, как в хороших русских мелодрамах: взаимность, тепло, поддержка. А если честно, мне и одной жилось вполне комфортно.
У меня была престижная работа в Москве, стабильный доход в рублях, а за плечами — полмира, объезженного благодаря командировкам. Выходные я проводила с подругами — то в ресторанах, то на дачах, то в спонтанных поездках в Петербург. Всё было на своих местах. Пока родня не начала пилить: «Когда уже замуж выйдешь?», «Нам бы внуков подержать», «Время-то идёт…».
Да и подруги, как на зло, одна за другой стали выходить замуж. Ещё пару лет назад мы мечтали о свободе, а теперь они уже пекут пироги и пеленают младенцев. А я осталась одна.
На работе давно за мной ухаживал коллега — Данила Сергеев. Вежливый, галантный, симпатичный, чуть постарше меня. Правда, никогда не был женат. И именно это настораживало. Мужчине под сорок, а всё один — разве не странно?
Но Данила клялся, что вовсе не избегал брака. Наоборот — всегда мечтал о семье, детях, уютном доме. Мол, просто не встречал «ту самую».
Когда он в очередной раз пригласил меня в кафе на Арбате, я подумала: а почему бы и нет? Всё же сходится — симпатия есть, разговоры приятные, человек надёжный. И я согласилась. А через пару месяцев мы расписались.
Свадьба была скромной, но душевной. И именно после неё я поняла, почему ни одна женщина не сумела «приручить» Данилу.
Ответ — его мама.
А точнее — патологическая привязанность Данилы к ней. Этот, казалось бы, взрослый мужчина оказался типичным маменькиным сынком.
Сначала мы жили в её квартире в центре Москвы. Она, мягко говоря, не давала нам вздохнуть. Без её одобрения не решалось ничего: от обоев в спальне до рецепта борща. Каждый шаг — под контролем. А Данила? Он кивал. Он подчинялся. Он боялся её расстроить даже взглядом.
Когда я попыталась заговорить о съёмном жилье, он мнётся, отмалчивается, переводит тему. Лишь после долгих уговоров мы взяли ипотеку и переехали в новую квартиру.
Но, увы, расстояние не принесло свободы.
Данила продолжал жить по указке мамы. В выходные — к ней на щи. Каждый его шаг сопровождался звонком: «Мам, ты как считаешь?..» Даже лампочки он покупал только те, что она одобрила. Даже букет мне приносил лишь после её напоминания: «Жену надо баловать».
Сперва я закрывала на это глаза. Особенно когда наши дети были маленькими, и я сидела в декрете. Я понимала: муж обеспечивает семью, а мама для него — святое.
Но время шло. Я вернулась на работу, в привычный ритм, в свои проекты. И всё чаще ловила себя на мысли, что устаю не от дел, а от этой вечной зависимости: «мама сказала», «мама советует», «мама против». Мама стала лишней в нашем браке.
Я снова стала независимой. Могла сама содержать себя и детей. И всё чаще думала: Данила не муж — он как третий ребёнок. Только не милый малыш, а упрямый, инфантильный взрослый, привязанный к материнской юбке.
Теперь я на распутье. Остаться ради детей, делать вид, что всё хорошо? Или сохранить себя и уйти?
Девчата, кто был в такой ситуации — подскажите. Что выбрали вы? Стоит ли бороться за семью, где мужчина давно отдал своё сердце другой женщине — пусть даже родной матери?