ОН ПРИШЁЛ… ПОТОРОМУ ЧТО ЛЮБИЛ
Иван перебрался в деревню Заречье из соседней области. Сперва поселился в старом домишке, доставшемся от тётушки — временно, пока своё жильё строил. И вот однажды под вечер, когда приколачивал последние доски на крыльце, заметил её — стройную, опрятную, явно не местную. Надежда. Так звали соседку.
— Красивая… И походка гордая, — подумал он. — Настоящая баба.
Через пару дней столкнулся с ней у деревенского магазина. Не стал мудрствовать:
— Ты — Надя, я у соседей спрашивал. А я — Иван. Давай знакомиться?
Она смутилась, но внутри аж светилась — такой мужик на неё обратил внимание! Иван не отступал, и вскоре они стали встречаться. А через год он вручил ей колечко в коробочке…
…Прошли годы. Сейчас Надежде пятьдесят восемь, Ивану — на три меньше. Живут вдвоём в уютном доме с новым крыльцом. Сын уже взрослый, давно уехал в другой край, обзавёлся семьёй. Растёт у них внучка — пятилетняя Машенька, свет в окошке.
Надя в тот день ждала мужа с работы. Он был в поле — весенний сев подходил к концу. Она сварила щи, накрыла стол и задумалась у окна:
— Что-то мой Ваня задерживается… Обещал, что сегодня закончат.
Сидела, вспоминала. Детство у неё было нелёгким. Родилась в большой семье — шестеро детей, она старшая. Домишко крохотный, в нём — родители, дед по отцу, да шумная ватага ребятишек. Родители с утра до ночи вкалывали, а Надя с дедом по хозяйству управлялись.
Когда рассказывала об этом внучке, та не верила:
— Бабуля, а во что ты играла, если игрушек не было?
— Во что придётся, Машенька… камушки, веточки, тряпочки…
Подробнее не объясняла — рано ещё ребёнку такое понимать.
Отец Нади был плотником — руки золотые, заказы всегда были. Зарабатывал неплохо, но к вечеру на столе обязательно стояла стопка. Весёлым приходил, мать ворчала, но детей не трогал, даже ласковый был.
Ёлок дома не ставили. Первый раз украшенную ёлку Надя увидела в школе. Тогда ей казалось — настоящее волшебство.
Когда отец умер, Наде было всего девять. Через два месяца и деда не стало. Мать одна с шестерыми осталась. Соседи с похоронами помогли, но жить стало совсем тяжко.
— Мам, а как же мы теперь? — шептала Надя.
— Не знаю, дочка… Но выживем. Куда деваться-то?
Детство закончилось. Надя стала нянькой для младших, готовила, убирала, кормила малышню. О подружках, играх и думать забыла. Только летом полегче: огород, хозяйство — тяжело, но привычно.
Когда Наде было десять, упала с сарая — за сеном тянулась, оступилась. Руку сильно повредила. Врачи пальцы спасали, но полностью не восстановились. После этого многое делать стало трудно. Училась через силу, но старалась.
После восьмого класса отправили в техникум. Там-то она впервые и почувствовала себя счастливой. Подруги, уважение, хвалили её за старание — особенно в шитьё.
— Надь, молодец! Смотрите, как аккуратно у неё строчка ложится!
Даже за границу ездила — в числе лучших. На каникулах домой привозила подарки: братьям-сёстрам сама одежду шила. Себя редко баловала, всё для родных.
На втором курсе влюбилась в Сергея. Добрый, весёлый, заботливый. Встречались, она о свадьбе мечтала. Но мать отрезала:
— Какое замужество? С такой-то рукой кто тебя возьмёт… Одна останешься.
Слова как ножом по сердцу. Отношения с Сергеем постепенно сошли на нет. После учёбы Надя работу нашла, но через пару лет под сокращение попала. Пришлось в деревню возвращаться.
А тут он появился — Иван. Высокий, статный, работящий. Дом построил, поселился по соседству. И заметил Надю…
И началась новая жизнь — на этот раз настоящая. Ему не важна была разница в возрасте. Не пугали ни шрамы на душе, ни больная рука. Он просто любил.
Сын вырос хорошим, умным. А теперь и внучка радует.
И вот в тот вечер, когда щи уже остывали, Надя увидела его в окно. Иван шёл усталый, но с улыбкой.
— Ну, дорогая, всё! Сев закончили! Сейчас передохну немного, — сказал он, заходя.
Она поправила ему воротник, обняла. А он смотрел на неё, как и много лет назад. С любовью…