Платье Анюты
Ниночкино платье
Аня почувствовала неладное, едва переступив порог ресторана. Что-то было не так слишком пусто для пятничного вечера, свет слишком приглушён, а официант слишком старался улыбаться. Даже обычно спокойный Игорь сжимал её ладонь крепче обычного.
Ваш столик, указал официант, и Аня вошла в маленькую комнату. Сотни свечей мерцали в полумраке, отбрасывая причудливые тени на белоснежную скатерть. В центре стола стоял огромный букет тёмно-красных роз её любимых. Где-то тихо играла музыка.
Игорь, выдохнула Аня, что происходит?
Вместо ответа он опустился на одно колено, в дрожащих руках сверкало кольцо.
Анна Сергеевна, торжественно произнёс он, я долго думал, как сделать этот момент особенным. Но понял неважно где и как. Важно только одно: согласна ли ты стать моей женой?
Она смотрела на его взволнованное лицо, упрямую прядь волос и робкую улыбку, и сердце наполнялось невыразимой нежностью.
Да, прошептала она. Конечно, да!
Кольцо скользнуло на палец. Аня прижалась к Игорю, вдыхая знакомый аромат его одеколона, и подумала вот оно, счастье. Простое и ясное, как солнечный день.
Но уже через неделю их покой рухнул.
Как это сами? недовольно спросила Людмила Игоревна, нервно поправляя волосы. Так нельзя! Свадьба серьёзное дело, нужен опыт, женская мудрость. Я уже нашла отличный ресторан
Мама, мягко прервал её Игорь, мы благодарны за помощь, но хотим всё организовать сами.
Сами? Людмила Игоревна тревожно скрестила руки. Вы ничего не понимаете! Вот моя племянница
Аня молча наблюдала, как у неё на глазах будущая свекровь расхаживает по гостиной. Людмила Игоревна говорила без остановки о традициях, о приличиях, о том, как важно «не ударить в грязь лицом». При этом её взгляд быстро и оценивающе скользил по комнате будто она уже решала, что здесь нужно переделать.
Мама, попытался вставить слово Игорь, мы уже выбрали ресторан. «Белая сирень», слышала о нём?
Лицо Людмилы Игоревны скривилось, будто от зубной боли.
«Белая сирень»? Этот новомодный ресторан? Нет, только «Классика»! Там такие люстры, такие салфетки! А управляющий мой старый знакомый
Мама, голос Игоря прозвучал как сталь, мы сами заплатим за свадьбу. И праздновать будем там, где хотим.
Людмила Игоревна не нашлась что ответить. Она замерла, подняв подбородок:
Ну, как знаете. Только не говорите потом, что я не предупреждала.
Она удалилась, оставив за собой шлейф дорогих духов и ощущение надвигающейся бури.
Прости, виновато улыбнулся Игорь, обнимая Аню. Она немного эмоциональна.
Аня промолчала. Внутренний голос шептал это только начало.
Так и вышло.
Следующие недели превратились в бесконечную череду споров, намёков и скрытых упрёков.
Людмила Игоревна умудрялась найти изъяны во всём от цветочных композиций до рассадки гостей.
Розовые пионы? качала головой. В сентябре? Нет, только белые каллы! А арка должна быть другой, пышнее. А музыканты Боже, вы серьёзно хотите эту любительскую группу? У меня есть прекрасный квартет из консерватории
Аня держалась из последних сил. Единственное, что её успокаивало, поддержка матери, спокойной и мудрой Елены Петровны.
Не думай об этом, говорила она, когда дочь, измотанная очередным свадебным конфликтом, приезжала к ней. Ты невеста, тебе решать. А свекровь просто не хочет признавать, что сын вырос.
Но настоящая буря разыгралась из-за торта.
Нет, вы только посмотрите! Людмила Игоревна листала кондитерский каталог. Три яруса? Где сахарные розы? Где фигурки жениха и невесты?
Мама, устало ответил Игорь, мы хотим простой, элегантный торт. Без помпезности.
Простой? Людмила Игоревна чуть не плакала. Ты хочешь опозорить мать перед всем городом? Чтобы люди шептались вот, мол, у сына известного архитектора торт как в столовой!
Аня не выдержала:
Людмила Игоревна, давайте начистоту. Это наша свадьба. Не ваша.
В комнате повисло молчание.
Лицо свекрови побелело, затем покраснело, и она резко встала:
Ну, процедила она, вижу, я здесь лишняя. Делайте как знаете!
Она вылетела из квартиры, хлопнув дверью так, что задр