Ольга не могла успокоиться. На руках дремала крохотная Машенька, а она всё стояла у окна, не в силах отойти.
Уже час минул с тех пор, как она вглядывалась во двор.
Несколько часов назад её муж, любимый Степан, вернулся с работы. Ольга ждала его на кухне, но он так и не зашёл. Когда она вышла в комнату, то увидела, как он складывает вещи в сумку.
Ты куда? растерянно спросила она.
Ухожу. От тебя к любимой женщине.
Степан, ты шутишь? Что-то на работе случилось, и тебе надо сменами работать?
Да когда же ты поймишь! Надоела ты мне. В голове у тебя одна Маша, меня не видишь, за собой не следишь.
Не кричи, Машеньку разбудишь.
Вот! Опять только о ней! Мужик от тебя уходит, а ты
Настоящий муж не бросил бы жену с малышкой, тихо сказала Ольга и ушла к дочке.
Она знала его характер. Если продолжит этот разговор, начнётся скандал. Слёзы уже подступали, но она не хотела, чтобы он их видел. Взяла Машеньку из кроватки и ушла на кухню туда Степан не сунется, там ему брать нечего.
Через окно она видела, как он сел в машину и уехал. Даже не оглянулся. А Ольга всё стояла, не могла отойти. Может, надеялась, что вот-вот во дворе появится его старенькая «Лада» и он скажет, что это была глупая шутка. Но ничего не происходило.
Всю ночь она не могла уснуть. Звонить и жаловаться было некому. Матери она давно не была нужна та только обрадовалась, когда дочь вышла замуж, и тут же о ней забыла. У Галины Ивановны будто бы и ребёнок был один младший брат Ольги. Были, конечно, подруги, но такие же молодые мамы, как она. Сейчас, наверное, спят. Да и чем они помогут?
Уснула Ольга лишь под утро. Попробовала позвонить Степану, но он сбросил звонок и прислал смс: «Не пиши больше».
В этот момент закапризничала Маша. Ольга подошла к ней. Нельзя раскисать. Ушёл и пусть. У неё есть дочка, о которой надо заботиться. Надо думать, как жить дальше.
Проверив деньги в кошельке и на карте, она ужаснулась. Даже если упросить хозяйку подождать с квартплатой до получения пособия, всё равно не хватит. А ещё нужно есть. Можно было бы подрабатывать удалённо, но Степан забрал ноутбук.
Осталось две недели оплаченной аренды надо было что-то решать. И решать быстро.
Но обзвонив знакомых, Ольга поняла: работу с маленьким ребёнком ей не найти. Даже на мытьё полов и кого оставить с Машей на час-другой? Никого. Да и переезд в более дешёвую квартиру не спасёт они и так снимали что подешевле. Оставался один путь к родителям. Но брат женился рано и жил у матери с женой и двумя близнецами. В двухкомнатной квартире и так пятеро, а если она с Машей приедет как все поместятся?
Ольга предупредила хозяйку, что съедет. Места себе не находила. Комнату в общаге смотреть можно, но соседи там такие, что и врагу не пожелаешь. Писала Степану, просила денег на ребёнка он даже не читал. Видимо, в чёрный список добавил.
До освобождения квартиры оставалось пять дней. Ольга начала собирать вещи. Их было немного, но хоть чем-то занять себя. Вдруг звонок в дверь.
Открыв, она замерла. На пороге стояла Лидия Петровна её свекровь.
«Неужели ещё больше бед?» подумала Ольга, пропуская её в квартиру.
С Лидией Петровной у неё всегда были натянутые отношения. Улыбались друг другу, но внутри холод. В день знакомства будущая свекровь дала понять: Ольга ей не по душе. Как и многие матери, считала, что сын мог найти лучше. Поэтому Ольга сразу сказала жить вместе они не смогут.
Когда свекровь приходила в гости, то всё было как в тех анекдотах: «Оль, а ты тут вообще пыль вытираешь?» Её стряпню Лидия Петровна не ела, брезгодила: «Такую только свиньям!» Отпустило немного, когда Ольга забеременела. Но после рождения Машеньки свекровь заявила: «Не в нашего рода ребёнок. Пусть Степан проверит, его ли это дочь».
Лишь когда Маше исполнилось полгода, Лидия Петровна стала узнавать в ней черты семьи и брать на руки.
Степан уговаривал жену: «Мама одна меня растила, поэтому такая ревнивая. Потерпи, она редко бывает». Ольга и рада была бы помощи, но не просила.
А теперь свекровь стояла у неё в коридоре. После того, как Степан ушёл. Наверное, пришла злорадствовать. Но Ольге уже было всё равно.
Голос Лидии Петровны вывел её из мыслей:
Ну, быстро собирай вещи. Тебе с Машей тут не жить.
Лидия Петровна Я вас не понимаю.
Чего не понять? Собирайся, поедешь ко мне.
К вам?
А ты куда хотела? К матери, где семеро по лавкам?
Да Вы знаете?
Конечно знаю. Жаль, не раньше. Сегодня этот болван мне всё рассказал. У меня трёхкомнатная места всем хватит.
Выбора не было. «Была не была», подумала Ольга.
Первое время в доме свекрови ей было страшно. Но та показала комнату для неё и Маши. Когда Ольга разобрала вещи и уложила дочку, вышла на кухню.
Оль, знаю, наши отношения далеки от идеала. Но пойми меня и если сможешь прости.
Лидия Петровна, вы просто хотели лучшего для сына.
Какого там лучшего! перебила свекровь. Эгоисткой я была. А сегодня он позвонил Всё рассказал. Ты прости меня ещё и за то, что такого сына вырастила. Не знаю, где оступилась. Ведь его отец нас бросил, когда Стёпке три месяца было. Ему ж не знать, как тяжело одной ребёнка поднимать. А он всё же повторил «подвиг» отца. Живите тут, сколько надо.
Ольга не ожидала, что свекровь встанет на её сторону. Слёзы капали на стол.
Не реви, строго сказала Лидия Петровна.
Не буду. Это от благодарности.
И от этого не надо. Считай, искупаю вину. Не бойся, проживём. Крыша своя есть. Когда работать пойдёшь с Машкой посижу.
С того дня они стали не разлей вода. Характер у Лидии Петровны, конечно, порой прорывался, но онаИ вот теперь, спустя годы, когда Маша уже пошла в школу, а в доме часто раздавался смех её младшего братика, Ольга иногда ловила себя на мысли, что та тяжёлая зима, когда всё рушилось, на самом деле стала началом новой, счастливой жизни.