Воспоминания порой возвращаются неожиданно, как холодный ветер с Невы…
— Какого лешего ты полезла в мой ноутбук?! — Алексей навис над Татьяной. Она никогда не видела его таким…
Девочка вернулась из школы и ещё в прихожей ощутила тяжёлый дух перегара. Из комнаты доносился громкий храп. Всё ясно — отец снова напился. Она сразу прошла на кухню.
Мать стояла у раковины и чистила картошку. Услышав шаги, обернулась. Таня привычным взглядом сразу заметила распухшую красную щёку.
— Мам, давай уйдём от него. Сколько можно терпеть? Он же тебя убьёт когда-нибудь, — сквозь зубу прошипела девочка.
— Куда мы пойдём? Кто нас ждёт? На съёмную квартиру и пяти тысяч не накопить. Не бойся, не убьёт. Он трус. Только на меня и решается поднять руку.
Утром Таня проснулась от странных звуков. Встав с кровати, заглянула на кухню. Отец стоял у плиты и, запрокинув голову, пил прямо из носика чайника. Девочка заворожённо следила за кадыком, ходившим ходуном. Вверх-вниз, вверх-вниз. Слышала, как вода булькающими глотками проваливалась в его глотку. «Пусть захлебнётся! Пожалуйста, пусть захлебнётся!» — с ненавистью подумала она.
Но отец не захлебнулся. Поставив чайник, он крякнул, хмуро глянул налитыми кровью глазами и прошёл мимо в ванную.
Таню передёрнуло при мысли, что мать дольёт в тот же чайник воду из-под крана и поставит на плиту, не сполоснув от слюны и перегара. Она схватила чайник и долго терла его губкой, поклявшись себе, что никогда больше не нальёт воды, не вымыв его как следует.
На зимних каникулах класс Тани поехал на три дня в Москву. А когда они вернулись, мать лежала в больнице.
— Это он? — резко спросила Таня, увидев забинтованную голову.
— Да нет же, что ты. Поскользнулась, гололёд на улице.
Но Таня знала — мать лжёт.
От частых травм у матери развилась гипертония. Через полгода случился инсульт, и её не стало. Отец рыдал на поминках пьяными слезами, то причитая о «дорогой Лидочке», то проклиная её последними словами. Говорил, что Таня — вылитая мать, и грозился: если и она решит его бросить, он её прикончит.
Таня еле дождалась выпускного. На сам вечер не пошла. Наутро тихо забрала аттестат и, пока отец был на работе, собрала вещи и сбежала.
Отец давал деньги на продукты, и часть из них Таня припрятывала. Иногда и сама вытаскивала из его кармана, пока он спал. Немного, но хватит, чтобы продержаться. Она давно решила — уедет, найдёт работу, а учиться можно и заочно.
Бояться нечего — участковый и соседи знали о его пьянстве, помогать искать её не станут. Уехала в большой город, сняла дешёвую развалюху на окраине, устроилась в «Бургер Кинг». Плюс — бесплатная еда и помощь с медкнижкой.
Подала документы в техникум на заочное. Когда на работе узнали, что учится на бухгалтера, перевели за кассу.
Парни пытались за ней ухаживать.
*«Сначала все они ласковые, а потом либо пьют, либо гуляют. Не знаю, что хуже. Не верь их сладким речам, доченька. Я ведь тоже красивой была. Отец твой сначала не пил. Любил. А потом… Куда всё делось? Что его сгубило?..»*
Таня запомнила эти слова и не отвечала на ухаживания. Насмотрелась на своих родителей.
Мать в день зарплаты закупала крупы, макароны, консервы — чтобы хватило надолго. Отец пропивал деньги, но еда в доме была, хоть и скудная. Теперь Таня поступала так же.
Однажды, возвращаясь с тяжёлыми пакетами, она столкнулась с парнем, уткнувшимся в телефон.
— Извините, — пробормотал он, оторвав взгляд от экрана.
Таня хотела грубо ответить, но увидела его улыбку и смутилась.
— Ничего, я сама виновата, — улыбнулась она в ответ.
Парень предложил помочь. Поколебавшись, Таня отдала пакет. «Не может человек с такой улыбкой быть плохим», — подумала она.
Так они познакомились. Алексей донёс пакеты до подъезда, но в квартиру она его не пустила.
На следующий день он «случайно» зашёл в «Бургер Кинг». Стали встречаться.
Алексей честно признался, что разведён, есть дочь, которую обожает. Квартиру оставил бывшей, а сам жил у друга.
— Женился по глупости. Совсем разные люди оказались. Молчали неделями.
Он много говорил о дочке, и Таня решила: раз так любит ребёнка — можно доверять. Через месяц Алексей предложил жить вместе.
— Снимем нормальное жильё поближе к центру. Вдвоём легче.
Таня согласилась. «Теперь у меня будет настоящая семья», — думала она, порхая от счастья.
Алексей сразу оплатил два месяца вперёд. На третий попросил заплатить её.
— Дочке день рождения, не рассчитал…
Какие могут быть сомнения? Таня, не задумываясь, отдала деньги. Потом стали находиться другие причины: то родителям помочь, то ребёнок заболел… Теперь квартиру оплачивала только она.
Когда узнала, что беременна, обрадовалась. Но Алексей лишь равнодушно кивнул.
— Я думала, ты обрадуешься.
— Неожиданно. Нет, я рад.
Он обнял её, но сердце Тани сжалось.
Со временем начался токсикоз. Алексей раздражался:
— У моей жены не было такого. Может, с тобой что-то не так?
— У всех по-разному, — сквозь обиду прошептала Таня.
Потом токсикоз прошёл, но проснулся зверский аппетит. Таня поправлялась.
— Денег нет, а ты платья покупаешь, — упрекнул он, увидев обновку.
— Мне же во что-то одеваться! Опять дочке дорогой подарок?
— Это моя дочь! Она для меня на первом месте!
— А я? А наш ребёнок?
— Не думал, что ты такая!
— Если она важнее, то ребёнка не будет! — выкрикнула Таня в запале.
Щёку обожгла боль. В ушах звенело.
— Прости, не сдержался… — Алексей стоял на коленях, гладил её волосы.
«Отец хоть пьяныйИ тогда Таня поняла — история повторяется, но на этот раз она не станет своей матерью и спасёт не только себя, но и своего сына.