**Дневник.**
Сегодня, наконец, высказала все, что копилось месяцами. Разговор вышел бурным, но необходимым. За столом в кухне даже чашки зазвенели, когда я стукнула кулаком:
Нет, Антон Сергеевич! Хватит! Больше не могу!
Свекор отложил газету, брови вскинул:
Ольга, ты чего так вспыхнула? В чем дело?
Да в том, что я вам не прислуга! Встала, руки в боки. Мать ваша целыми днями мной помыкает, будто я ей крепостная! А вы молчите!
В этот момент в кухню вошла сама свекровь, Татьяна Игоревна:
Что за шум? Оль, ты чего орёшь, как на базаре?
Вот! ткнула в её сторону пальцем. «Оля, купи хлеба», «Оля, щи свари», «Оля, полы вымой»! Я вам, что, домработница?
Свекровь губы поджала, села за стол.
А кто, по-твоему? Я уже немолодая, ноги болят, сын на работе с утра до ночи. Ты молодая, здоровая
Я тоже работаю! перебила я. В аптеке за прилавком весь день на ногах, а прихожу снова готовь, убирай, гладь!
Антон затылок почесал, смотрит то на меня, то на мать.
Мам, Оля правда устает
Ах, вот как! Татьяна Игоревна аж всплеснула руками. Теперь и ты против родной матери? Ради какой-то
Какой-то?! меня аж затрясло. Я ваша невестка, между прочим! И внуков вам рожу, если Бог даст! А вы меня «какой-то» называете!
Свекровь отвернулась к окну, замолчала. Антон подошел, попытался обнять:
Оленька, ну не кипятись. Мама уже в возрасте, ей тяжело
А мне легко? отстранилась. Слушай, Тош, если ничего не изменится я уезжаю.
Тишина. Свекровь медленно повернулась:
Куда это? К своим? Там тебя с радостью ждут?
Побледнела. Отношения с родителями у меня сложные, особенно с отцом до сих пор не простил, что замуж вышла без его благословения.
Найду, куда податься!
Оль, брось! Антон за руку взял. Мы же семья. Надо договариваться.
Вот именно! вырвала руку. Тогда слушайте мои условия.
Свекровь фыркнула:
Ещё чего! В моем доме условия ставить!
В нашем! поправила я. Антон, скажи ей, что мы тоже здесь живем!
Он замялся. Дом записан на мать, достался ей от бабушки. После свадьбы нам идти было некуда.
Мам, технически мы тут прописаны
Какая техника! отрезала свекровь. Мой дом мои правила!
Хорошо! достала блокнот. Записываем. Первое: готовлю через день. Вторник, четверг, суббота ваша очередь.
Это еще почему?!
Потому что я не повариха! записала. Второе: уборка по неделям. Я ты.
Совсем обнаглела! вскочила Татьяна Игоревна. Тошка, ты слышишь это?
Антон голову опустил. Ему неловко, но и меня он понимал. Мать и правда слишком много требовала.
Третье: в нашу комнату только со стуком. Мои вещи не трогать.
Это было больное место. Свекровь вечно «прибиралась» у нас: письма читала, косметику перекладывала, даже простыни меняла без спроса.
А если мне пропылесосить надо?
Предупреди. Спроси. дописала. Четвертое: раз в неделю мы с Антоном идем в кино или к друзьям. Без вас.
Совсем оборзела! взвилась свекровь. Сына уводишь!
Не увожу! Хочу время с мужем проводить! Это нормально!
Антон поднял голову:
Мам, это же логично. Мы же молодые
Вот как! Татьяна Игоревна руки развела. Все против меня! Ладно, пиши свои условия!
Я пригляделась к ней. В голосе обида, растерянность.
Татьяна Игоревна, я не против вас. Хочу, чтоб всем было комфортно.
Комфортно она тяжело села. А как мне быть, если сын от меня отвернется?
Отложила ручку, присела рядом:
Никто не отвернется. Но и мне здесь место нужно. Я ведь семья.
Семья-то семья, да не родная, буркнула свекровь.
Почему? Я же ваша невестка.
Невестка покачала головой. Родня это по крови. Ты чужая.
Антон встал:
Мама, хватит! Оля моя жена. Значит, и тебе дочь.
Дочь вздохнула она. Ладно. Если дочь, то пусть будет. Только дочки матерей слушаются.
Слушаются, но не как рабыни, парировала я.
Тишина. Антон ходил по кухне, я листала блокнот. Свекровь в окно смотрела на соседском балконе бельё сушили.
У Надежды Константиновны сын женился, вдруг сказала она. Невестка тихая. Уважает свекровь.
А я вас не уважаю?
Не знаю. Условия ставишь
Не из-за неуважения. Чтобы порядок был.
Свекровь повернулась:
А я что, теперь без дела сидеть буду?
Впервые за вечер улыбнулась:
Да что вы! У вас и огород, и вязание, и цветы. Я не об этом.
А о чем?
О том, что не я одна должна все тянуть. У меня своя жизнь есть.
Антон подошел:
Мам, Оля права. Я тоже буду помогать.
Ты? фыркнула свекровь. Ты даже яичницу не жарил никогда!
Научусь! он решительно кивнул. Оля покажет.
Я на мужа с благодарностью взглянула. Наконец-то встал на мою сторону.
Антон, и правда будешь?
Конечно! Картошку чистить не ракетостроение.
Ох, намучаешься ты с ним, покачала головой свекровь, но уже без злости.
Не намучаюсь. Зато вместе.
Татьяна Игоревна задумалась, потом спросила:
А если я соглашусь, что мне взамен?
Я растерялась:
Что вы хотите?
Чтоб ты меня Таней звала. Не по отчеству.
Хорошо, Таня.
И чай со мной по вечерам пила. Поговорить не с кем сын в телефоне ковыряется.
ПонялаВечером, лёжа в кровати, я поймала себя на мысли, что сегодняшний скандал, кажется, стал началом чего-то нового и, может быть, даже хорошего.