Между нами пропасть…
Ольга долго не могла оправиться после развода. Она догадывалась, что муж ей изменяет, но всё равно оказалась не готова к правде. Был дом, семья, планы на будущее… А теперь ничего. Артём просто ушёл, оставив её одну.
Лето клонилось к закату, но Ольга этого не замечала. Ни солнца, ни городского шума, ни радуги после дождя. Однажды ночью, ворочаясь в потной постели, она вдруг поняла: так больше нельзя. Артём счастлив, а она — медленно угасает.
«Здесь всё напоминает о нём, о нас. Но нас больше нет. Надо уехать. Не на курорт, не за границу — там суета. А в деревню. В бабушкин дом. Ведь мы все родом оттуда. Там наша сила…» Ольга даже приподнялась на кровати. Сорочка прилипла к спине.
Бабушка умерла три года назад. Перед этим долго болела. Артём уговорил Ольгу съездить в Италию. «За десять дней ничего не случится». Новость о смерти застала их в Риме. «Билеты не поменяешь. Вернёмся — сходим на могилу». И она снова его послушалась.
Мамин новый муж давно предлагал продать бабушкин дом, но решение всё откладывалось.
Раньше каждое лето Оля гостила у бабушки. А после института — ни разу не была. И на могилу не съездила, теперь уже не вспомнить, почему.
От нетерпения даже ладони зачесались. Ольга схватила телефон — позвонить маме, спросить про ключи. Но на экране горело «3:47». Все спят. Она откинулась на подушку. Теперь она знала, что делать. Стала представлять, как завтра соберёт вещи, как встретит её дом… И уснула.
Утром позвонила маме:
— Ключи в прихожей, в тумбочке. Наконец-то очнулась, начала жить. Не клином же свет сошёлся на Артёме…
— Мам, хватит. Ключи нашла?
— Тётя Галя в мае говорила — дом целый. Спрашивала, продаём ли. Её зять присмотрел. Может, вместе съездим?
— Нет. Я одна. За ключами заеду вечером.
На работе директор, тоже разведённая, выслушала её доводы: «Пыталась заполнить пустоту работой — не вышло. Хочу уехать». Та недовольно, но отпустила.
Вечером забрала ключи, собрала немного вещей. Вдруг не выдержит и вернётся?
Но спала неожиданно крепко. Утром выпила кофе, проверила квартиру и выехала. Город ещё спал. Над крышами всходило солнце. Ольга подпевала радио, ноги сами помнили дорогу.
Дом стоял на месте. Двор подкошен — видимо, соседи помогли. Она вышла из машины и окунулась в тишину. Не полную: стрекотали сверчки, пели птицы, вдалеке лаяла собака. Но после города казалось — абсолютная тишина.
В доме было сыро, пахло затхлостью. Ольга запретила себе жалеть о приезде. Сбегала к колодцу, вымыла пол, наносила дров. Когда печь наконец затопилась, почувствовала себя победителем.
Соседи косились на её машину, заглядывали в окна, но без приглашения не заходили.
Дом быстро прогрелся. Ольга разложила вещи, пошла к реке за деревней. Скинула платье и нырнула. Вода оказалась тёплой.
— Кто тут купается? Рыбина какая-то? — раздался за спиной голос.
Ольга резко обернулась. Перед ней стоял Игорь. Повзрослевший, грубоватый, но узнаваемый. Её первая любовь. В руке — удочка и связка рыбин.
Сердце застучало, перекрывая дыхание. Вот почему она столько лет не приезжала. Из-за него. Когда-то ради него хотела остаться в деревне, но мама не разрешила. «Что может выйти из такой любви?»
Ольга звала его в город. Он соглашался, но не приезжал. Потом бабушка сказала: «Женился». А на третьем курсе Ольга встретила Артёма. Вышла замуж скорее назло…
— Одна? Без мужа? — спросил Игорь.
— Одна. Откуда знаешь про мужа?
— Приезжал. Видел вас.
— Когда? — но она уже вспомнила.
Тогда они собирались на свадьбу друзей. Артём зашёл за ней, они вышли вместе. Вдруг мелькнуло знакомое лицо. Пока соображала — исчезло. Подумала — показалось.
— Я хотел объяснить про Лену… Один раз было. Потом она сказала — беременна. Куда деваться? Женился. Сын в третьем классе, дочь — Алёнка.
Ольга усмехнулась.
— Думаешь, я оправдываюсь? С сыном — случайность. А с дочкой… Не сложилось. Ты городская, я деревенский. Между нами пропасть. А Ленка своя.
Ольга стояла в купальнике. Его взгляд резал кожу. Она натянула платье, тут же прилипшее к телу.
— Замёрзла?
Пошли к деревне. У первых домов Ольга предложила разойтись.
— Здесь все всё видят. Без приглашения не лезут, но заметят.
Печь натопила жарко. Ольга открыла дверь, выпуская лишнее тепло. Ночью не спала — скрипели половицы, шуршали мыши. Казалось, кто-то ходит на чердаке. Под утро пошла в лес.
Боясь углубляться, шла по просеке. Вдруг треск веток — будто зверь ломится сквозь чащу. Ольга бросилась бежать. Остановилась, когда в боку закололо. Огляделась — не знала, где она.
Закричала. Снова треск — и между деревьев вышел Игорь.
— Заблудилась? Одна в лесу опасно.
— Там зверь…
— Кабаны. — Он заглянул в её почти пустую корзинку. — Поставь на землю.
И стал пересыпать в неё свои грибы.
— Не надо!
— Ленка и так ругается — устала чистить.
Игорь провёл её до околицы.
— Завтра снова в лес? — спросил он.
— Посмотрим.
Дома Ольга чистила грибы, напевала. Вдруг дверь распахнулась — на пороге стояла Лена, глаза полыхают.
— Чего приперлась?! Мужиков в городе не хватает? Не смей на Игоря даже смотреть!
— А если посмотрю? — Ольга сощурилась. Хватит, чтобы другие решали за неё.
— Увидишь! Уезжай, греха не бери…
За спиной зашипела вода. Ольга обернулась — Лены уже не было.
Потом зашла тётя Галя, дальняя родственница.
— Дом продаёте? Мы купиОльга улыбнулась и ответила: “Нет, тётя Галя, дом я не продам — я здесь останусь”.