**Дневник Насти**
— Но ты сама предложила взять маму к нам. Я не заставлял тебя, — произнёс Кирилл.
После университета я устроилась в фирму, где он уже работал. Он сразу обратил внимание на тихую скромную девушку — меня. Показал офис, а после смены ждал у выхода на своей машине. Так начались наши встречи. Через полгода мы поженились.
Кирилл недавно купил квартиру, денег на ремонт не осталось. Мои родители помогли. Мы с радостью взялись за обустройство: бегали по магазинам, клеили обои, звали друзей. Весело было. Я выбирала мебель, расставляла милые безделушки. После ремонта устроили шумное застолье. Теперь можно жить и радоваться.
— Здорово, правда? Давай с детьми подождём. Вот съездим в отпуск, отдохнём, а потом… — говорил Кирилл.
Стоял тёплый июнь, тополиный пух кружился в воздухе. Мы мечтали о море, выбирали отели, бронировали билеты. Но всё изменилось в одно утро.
Я красила ресницы на кухне, Кирилл ждал, когда закипит кофе. Зазвонил телефон.
— Настень, кофе готов, — сказал он, поднимая трубку.
Я поднесла чашку к губам.
— Что?! — резко крикнул Кирилл.
Рука дрогнула, кипяток обжёг губы, кофе разлился по столу.
— Что случилось? — спросила я, глядя на его побелевшее лицо.
— Мама в больнице. Соседка звонила. Я поеду, разберусь. Ты доберёшься на работу сама?
— Да… — я смотрела на коричневую лужу.
— Беги, потом уберёшь. Автобус не ждёт.
На остановке мимо проехал Кирилл, коротко сигналя. Я помахала ему, облизывая обожжённые губы.
— Как мама? — спросила я, когда он зашёл в офис через три часа.
— Плохо. Инсульт. Правая сторона парализована, не говорит. Врачи говорят — шансов мало. Одна она не выживет.
— Заберём её к нам. Или предлагаешь каждый день к ней ездить? Кормить, убирать… У нас хоть время сэкономится.
Кирилл согласился. Мне показалось, он этого и ждал.
Через три неделю мы привезли Елену Михайловну домой. Отдали ей нашу спальню.
— Давай возьмём отпуск по очереди? Как её одну оставим? — шёпотом спросила я на кухне.
— Насть, тебе проще ухаживать. Оставайся дома, я договорюсь о дистанционной работе. Денег на сиделку нет — всё в квартиру ушло. Нужны ещё лекарства, массаж…
Я крутилась как белка в колесе. Кормила с ложки, меняла памперсы. Только садилась за компьютер — она мычала, звала. Магазины, готовка… К вечеру валилась с ног.
Кирилл не помогал. Заходил к матери только поздороваться. Я делала ошибки в работе, начальник вернул документы на доработку. Потом позвонил: Кирилл попросил меня уволить. Нашёл замену…
— Неужели нельзя ложку держать самой? Хоть немного помогите! — срывалась я на Елену Михайловну.
— Как ты мог решить за меня? — кричала на мужа.
— Ты не справляешься.
— А ты мог бы и помочь! Я больше не могу… — я схватилась за голову. — Этот запах сводит меня с ума. Проветриваю — она стонет, что холодно.
— Но ты сама предложила взять маму. Я не заставлял.
От этих слов перехватило дыхание. Да, это я на себя всё взвалила.
Однажды Кирилл пришёл ночью пьяный с корпоратива. Мы опять ругались. Надоело. Я полезла в шкаф, стала швырять платья на диван.
— Всё, хватит. Это твоя мама — ты и ухаживай. Я ухожу…
Из спальни раздалось мычание.
— Ну что ещё?! — ворвалась я к Елене Михайловне.
По её щеке катилась слеза. Она схватила меня за подол, хрипела:
— Не у-ходи…
Я села на кровать и разрыдалась. Она гладила меня по голове.
— Простите… я так устала… — выскочила из комнаты.
В дверях столкнулась с Кириллом. Взглядом испепелила его.
На следующий день сбежала к подруге. Вино, слёзы…
— Слушай, а если… ускорить? — подруга подняла палец кверху.
— Ты что?! Если б это была моя мать?!
Больше к ней не пошла. Хотя такие мысли лезли в голову. Боялась поддаться.
Через месяц Елена Михайловна умерла ночью. Врач сказал — язык запал, задохнулась. Но я винила себя: не досмотрела, заснула…
На кладбище я ничего не чувствовала. Кирилл плакал. «Не ухаживал, а теперь спектакль», — думала я. Не стала ждать, ушла. Он не побежал за мной.
— Рыбка! — окликнул мужской голос.
Обернулась. Улыбался высокий мужчина в чёрном плаще. Ветер раздувал полы — будто птица.
— Даня!
— Я. Кого хоронила?
— Свекровь.
— Тяжело было?
Кикнула.
— У меня мама четыре месяца назад умерла. Год ухаживал. Жена сбежала сразу. Понимаю, через что вы прошли.
— Сам ухаживал? — не поверила я.
— А что? Мама же. Твой муж там остался?
Оглянулась.
— Подвезти? У меня машина.
Согласилась. В кармане завибрировал телефон.
— Почему ушла? Где ты? — спокойный голос Кирилла.
«Спектакль окончен».
— Устала. Еду домой. — положила трубку.
— Всё пройдёт, — сказал Даня. — Может, выпьем? Тебе нужно.
— Давай…
В кафе вино показалось нектаром. Я не могла остановиться, рассказывала, плакала. Он держал мою руку.
«Кирилл так не делал. Даже не прикасался… Неужели всё кончено?»
— Я виновата… желала ей смерти… — рыдала я.
— Это случайность. — Даня гладил мою ладонь. — Поехали, отвезу.
— Меня со школы никто не звал Рыбкой…
В машине задремала. Он довёл до квартиры, уложил на диван.
— Ты кто?! — сквозь сон услышала голос Кирилла.
— Пусть спит. Она выпила.
Утром Кирилла не было. Голова раскалывалась.
— Рыбка, как ты? — звонок Дани.
— Умираю…
— Душ, чай крепНастя взяла трубку, услышав его тёплый голос, и поняла — это начало новой жизни, где не будет бесконечного чувства вины и одиночества.