Были иные времена…
Давным-давно, в глухой русской деревне, жила-была семья, где судьбу детей решали родители без спросу, без любви. Как скажут, так и будет. Так жили деды, так жили прадеды иного пути не знали.
Серафима, младшая из четверых детей, к семнадцати годам уже справлялась с любой работой. И в ту пору влюбилась она в Прохора, парня с другого конца села. Встречались они лишь взглядами и без слов всё было ясно.
Но отец, Семен, сразу приметил:
Симка, а это что за Прошка у нас под окнами шныряет? строго спросил он, хотя дочь и пыталась скрыть свои чувства.
Откуда ж мне знать, батя? потупилась она, а сердце так и рвалось из груди.
Не знаешь? усмехнулся отец. Замуж, видать, охота? Не бывать тому. Живут они с матерью в развалюхе не пара тебе.
Решил Семен: надо срочно выдавать Серафиму замуж, пока не опозорила семью.
Марфа, обратился он к жене, приданое у Симки готово?
Женщина всплеснула руками:
Сём, да рано ещё! Дитё молодое…
Но Семен и слушать не стал. Сам когда-то взял Марфу без любви и ничего, живут.
Вскоре к ним заявились сваты от Ивана, сына зажиточных соседей. Сам Иван рыжий, веснушчатый Серафиме всегда был противен. Даже в детстве, когда он вытащил её из реки, она умоляла не говорить отцу, чтобы не лишиться последней свободы.
Накануне сватовства Семен встретил Прохора и отрезал:
Завтра Серафиму просватают. И чтоб духу твоего тут не было!
Прохор молча ушёл против родительской воли не попрёшь.
Вечером отец объявил дочери:
Готовься, завтра сваты придут. За Ивана выйдешь работящий, хозяйство крепкое.
Батя, да не люб он мне… начала Серафима, но отец лишь грозно нахмурился.
Всю ночь она проплакала, а мать утешала:
Смирись, дочка. Я ведь тоже не по любви за твоего отца пошла…
На следующий день Ивана чуть не узнать было: принарядился, волосы пригладил. А Серафима стояла, опустив глаза, в новом сарафане, с алыми лентами в косах.
Купец есть товар найдётся! объявила сваха.
Семён, заметив, как Иван заволновался, довольно крякнул:
Вот и товар наш!
Сыграли свадьбу, и ушла Серафима в чужой дом. Свекры её приняли ласково давно приглядывались к работящей девке.
Но в сердце у Серафимы была тьма. Молилась Богу:
Помоги смириться… Помоги забыть Прохора…
Шли годы. Родились сыновья все в отца, рыжие. Иван оказался добрым мужем, и сердце её потихоньку оттаяло. Даже услышав, что Прохор женился, не дрогнула привыкла к своей доле.
Но в один роковой день грянула гроза. Молния ударила в стог, где укрывались Иван и свёкор оба погибли. Свекровь вскоре слегла и умерла с тоски.
Осталась Серафима с тремя детьми. Отец, недолго думая, нашёл ей нового мужа Клима, парня на пятнадцать лет младше, да к тому же больного падучей.
Батя, да он же ещё мальчишка! возмутилась Серафима.
Зато в доме мужские руки будут, отрезал Семен.
Жизнь с Климом стала адом. Пил, буянил, бил её. Лишь в трезвом виде был сносным хозяином. Родился ещё один сын но Клим и глядеть на него не хотел.
Однажды, в пьяном угаре, он рухнул во дворе да так и не поднялся. Похоронив его, Серафима твёрдо сказала отцу:
Хватит. Больше замуж не пойду.
Дети выросли, обзавелись семьями. Младший сын остался с ней уже в новые времена, когда женились по любви.
Часто вспоминала Серафима своего рыжего Ваню тихого, работящего. А о втором муже и думать не хотелось. Только младший сын напоминал о тех тяжких годах…
Так и закончилась её история не по любви, не по желанию, а как велел век да родительская воля.