10 марта.
Сегодня вернулась домой с тяжестью на душе. В прихожей меня встретил муж, Виктор Петрович.
— Привет, Валя. Будешь ужинать? — спросил он с улыбкой.
— Ты что, сам готовил? Обычно ты на кухне не частый гость, — удивлённо подняла я брови.
— Ну как же, у тебя же юбилей. Не дело, чтобы в такой день ты у плиты стояла, — бодро ответил он.
Я опустилась на табуретку в коридоре — и вдруг, не сдержавшись, расплакалась.
— Валя, что случилось? — испугался Виктор.
— Даже не поздравила… Ни слова… — прошептала я, смахивая слезы.
— Кто? О ком ты? — он не понимал, откуда эта грусть в день, который должен был быть радостным.
Утро началось с тоски. Сегодня мне исполнилось 60. Праздник решили не устраивать — ограничились скромным застольем на работе. Но даже от этого устала: улыбаться, благодарить, слушать тосты… Мечтала только о тишине и покое.
Вечером позвонила сестра, Галя.
— Ну что, поздравляли тебя? — поинтересовалась она.
— Конечно. На работе всё прошло нормально. Витя цветы принёс, путёвку в Кисловодск подарил — летом съездим, — ответила я монотонно.
— Ну и отлично! В нашем возрасте себя нужно баловать. А дети? Сергей ещё на Севере?
— Да, вахта у него ещё на месяц. Утром позвонил, а к вечеру курьер принёс орхидею — красивую, в горшке.
— А Лена? Она же рядом живёт. Хоть забежала?
— Даже СМС не прислала… — выдохнула я с горечью. — Столько для них сделали, а она… Ни открытки, ни звонка.
— Да что ты?! — возмутилась Галя. — У меня тоже невестки есть, но хоть формально поздравляют. Неужели совсем проигнорировала?
Поздно вечером телефон пискнул. Одно сообщение. Безличная картинка из интернета с надписью «С днём рождения». Ни строчки от себя. Даже голосом не позвонила. Просто кинула, будто галочку поставила.
— Вот и всё её участие, — сказала я Виктору перед сном. — Быстро забыла, в чьей квартире живёт. Мы ведь просто отдали, без всяких условий.
— Ну чего ты раздуваешь? Сейчас у молодых так принято — скинул картинку, и ладно, — пытался успокоить он.
— Нет, это не принято. Это неуважение. Юбилей — не просто дата. Это веха. А такие мелочи многое говорят.
Наутро обида только разгоралась. Я снова и снова прокручивала вчерашнее, припоминала каждую деталь, накручивала себя до слёз. Виктор видел, но помочь не мог. Он даже позвонил Сергею.
— Мама опять расстроена, — устало начал он. — Опять Лену ругаешь?
— Не ругаю. Просто обидно, когда человек в двух шагах — и даже слова не скажет, — не выдержала я и сама взяла трубку. — Передай своей жене: я всё помню. И этот день — тоже.
— Мам, ну она же устала. У неё работа, — оправдывался Сергей.
— Да брось! — фыркнула я. — На картинку время нашлось, а на два слова — нет?
Позже Сергей поговорил с Леной.
— Совсем забыла… — оправдывалась она. — День был адский, на работе всё горит, домой еле доползла. Хоть что-то скинула. Думала в выходные зайти с подарком.
— Теперь уже поздно, — мрачно ответил он. — Мама обиделась. Надолго.
В субботу Лена не пришла — аврал на работе, а в воскресенье решила отдохнуть. Вечером вспомнила.
— Ну и ладно, — сказала она мужу. — В другой раз зайдём.
Но я была непреклонна.
— Не надо ваших формальных визитов, — холодно ответила я сыну. — Дорога ложка к обеду.
— То есть ты не хочешь, чтобы мы приходили?
— Не хочу. Мне поклонники не нужны. Мне нужно уважение. А если его нет — не надо притворяться.
Лена не видела в этом трагедии. Но понимала: со мной нужно играть тоньше. Поэтому к нашей с Виктором годовщине она настояла на визите.
— Скажем, что ждали Серёжу, чтобы вместе поздравить, — подмигнула она мужу. — Надо же ситуацию исправлять.
Дверь открыла я.
— Ну наконец-то вспомнили, — сказала я с сарказмом.
— Мам, ну хватит уже, — вздохнул Сергей. — Мы не забываем. Просто не всегда получается.
Лена улыбалась, помогала накрывать на стол, убирала посуду, говорила мягко и ласково. А потом вдруг сказала:
— У нас ремонт скоро. Обои в коридоре менять будем. Вы так хорошо в этом разбираетесь — может, подскажете?
— Конечно, помогу, — расплылась я в улыбке.
На обратном пути Сергей хмыкнул:
— С каких это пор у нас ремонт?
— Да никакого ремонта, — усмехнулась Лена. — Просто если свекровь почувствует себя нужной — обида пройдёт.
Так и вышло. Через неделю я уже хвасталась соседке, что без меня даже обои выбрать не могут. Обида потихоньку утихла. Хотя всё может вернуться при первом удобном случае…