Оля ещё перечитала письмо и нажала на клавишу “отправить”. Вот, теперь можно и кофе попить. Откинулась на спинку кресла, потягивалась, потом закрыла рабочую почту, вышла из-за стола и направилась в залу отдыха.
Там сидела Маргарита, уже минут десять скрёбла нос. Оля обычно не водилась в чужие дела, но поняла, что у той проблемы на душе. Думаю, начальник в очередной раз взял с неё надоевших замечаний. Подошла, включила чайник, достала любимый кружок, насыпала в него растворимого кофе и стала ждать закипания.
Маргарита вздохнула и уставилась в окно.
– В чём дело? Не приняли перевод? Сама напоролась на работе? спросила Оля.
– Тебе-то что.
– Да чё-то я тут не в курсе. Могу и помочь.
– Не надо.
– А то зачем так простошно ревёшь?
Оля вспомнила, как видела Маргариту как-то раньше за рулём чужой красивой машины. Та с видом победительницы посмотрела на всех, кто тогда стоял у входа в офис. «Надеюсь, утащила его кофе и сбежала, а теперь снюхивается, что наврала богатому мачо», подумала Оля.
Кипяток закипел, она налила его в кружку, села напротив Маргариты, передала ей платочек.
– Че, разбери себя, не дай всем узнали про твои драмы. И с решением не тяни.
– С чего ты?.. Маргарита покраснела и смахнула слёзы.
– Ну да, он же играл с тобой, обещал небо, а потом пропал, не отвечает. А у тебя, наверное, две полоски. Как-то старо для таких сценичек, усмехнулась Оля.
– Или остаёшься с ребёнком? Подумай хорошенько. Сможешь ты в ночь кормить, работать, не сдохнуть от голода. Потом в садик, на работу, всё время больнички, важные задания профукаешь. Сходишь с ума, начнёшь писать на школьников, подрабатывать, чтобы выжить. Потом муженек инженер, надеешься, что точно во всём поможет. Родишь ему, а там два карапуза белка на колесе, не спишь. Ему поваяло на тебя, он начнёт. Просто подкинь, что вокруг столько девиц молодых. А ты опять на двух работах потом вкалывай, чтобы двоих прокормить, одеть
– Замолчи! Ты вообще не в курсе, рявкнула Маргарита и ушла, оставив на столе мокренькие платочки.
Оля отпила кофе. Опять леди влюблённая, бедный умок. Или она права? Может, всё у девки по-другому сложится? Тот мужик с машиной вернётся, поженится, даст той радость. Навряд, она, скорее, либо женат, либо уже глазел по новым кандидаткам.
– Оля, к тебе Саныч с кабинета. Врываются Леночка, секретарша.
– Пойду. Оля допила, вымыла кружку и направилась к директору.
– Ну что, уходишь? Всё нормально. Пишите заявление, я прикажу бухгалтерии не затягивать расчёт. Отрабатывать не надо, удачи.
Об Ольге ходили интерфейсы як будто она с супермозгом или с коронкой к каждой задачке, либо, что она просто отличающаяся от всех, без сантимента, с холодной шкурой. Всех тратила в шею, кого хотела. Но ей были орехи эти суды про прошлое. Слишком много их бывало. Её актуальное решение: карьера всё остальное потом. А всё решилась давняя ссора, как в детстве.
***
На последнее время родители часто зубоскалили, словно ссора металась по кухне каждый день. Мама находила себе причины, обычно связанные с тем, что папаша не обеспечивает достатка. Но чаще всё заканчивалось в грохотанием, например, что он неудачник.
Отец когда-то начинал бизнес, но его подохло, партнёр умыкнул всё, и он больше не мог о нём. Устроился учителем в колледж, уважали, любили. Но матери этого не хватало. Она требовала смены работы, но он не хотел повторить ошибки.
Если бы мама не искала выхода сама. Нашла себе заработок и при этом часто задерживалась. Теперь застала Олю, когда она спала. Очнулась от шума: маман что-то уронила и визжала.
– Тише ты, через всю улицу всё услышали. Не скажи ты, будто бы на работе опять, вышел папан.
– Не скажу, пробурчала мама.
– Уже запелся через пьяный голос, обо мне не подумал, о дочке.
– Отстань, я устала, махнула она.
– Ну давай тогда
Оля вышла, чтобы оценить воду.
– Какие у меня претензии? Ты ни на что серьёзное неспособен, я работаю, чтобы дочь не умерла от голода. Ей то чего надо, то туфли, то платье. А я ничего себе три года покупать не могу.
– Уже знаю, где ты вкалываешь. Ты, папан выругался.
– А чё, если будешь платить сам, я сидеть дома успокоюсь. Ну не можешь, тогда трясись. Да ты мне и плечо ненадёжное. Ничтожество. Я дура, верила в это.
– Поздно. Поговорим завтра.
– Пусть все знают, что ты, маман засмеялась и вдруг замолчала. Оля услышала пощечину в коридоре. Затем крики, выгнание, как будто она не нужна.
Босые ноги леденели, Оля ушла обратно в постель и закрылась одеялом. Родители нередко ссорились, но так впервые. Тогда она впервые поняла, что у маминого мужика есть к ним причём. Утром, как многие думают, папан уже не дома. Маман выглядела больной, не смотрела в глаза.
– А где папан?
– В командировке.
Потом Маргарита приходила поздно. Оля стояла у окна и ждала, как будто следит за чужой трагедией. Видела, как маман вышла из машины у подъезда, а потом увёзла её. Скрылась за кружевом и решила, что будто не знает.
На другой день спросила:
– Вы с папаном разводитесь? Ты с кем? Я видела
– Ты взрослая. Надеюсь, поймёшь меня.
Но Оля не понимала. Папан хорош, играл с ней, катал. Не пил, только в праздники немного, но становился добрее. А если тот новый и правда лучше? Оля решила не понимать. Пришла к нему в колледж.
– Мама права. Я неудачник. Не обеспечил ей того, чего хочет. Может, он и правда нужен ей. Так бывает. Живу у Серёга, у него двое детей, сплю на кухне. Некуда тебе. Потерпи.
Тогда Оля решила, что сама всё добьётся. Любовь неистовый миф, деньги важнее. Никогда не будет ссор, выяснений, как у неё с родителями. Никогда.
После школы поступила на заочку, устроилась в вузе. Жила в университетской библиотеке, когда не спала. Репетиторством подрабатывала.
Родители развелись. Мама ушла, отец тоже. Жил у кого-то подруги, стал ухоженным, спокойным. Иногда звонил, но не приезжал. С ним Оля дралась, с матерью не общалась. Обе были обижены. Оля не мог позволить себе отношений, как у них. Работала переводчиком, репетиторством.
Любовь? Была. Но она знала: их интересовали не только её, но и её квартира. Легко жить с кем-то, не напрягаясь. А она так не хотела.
Один раз пригласили работать на выставку, а после в Москву. Попросила подумать. Сегодня приняла решение.
***
После работы решила зайти к отцу.
– Пап, я в Москву уезжаю. Квартирка свободна, можешь переехать. Договорись, что если что-то нужно ты только скажи.
– Да мне ничего не нужно. Не поеду, а моя то вдруг продаст. Здесь уже привык. Обещай хотя бы иногда звонить.
– Обязательно.
– И свадьбу собралась?
– Пока не. Приглашу тебя, честно.
– И правильно, не спеши. Ты есть хочешь? Наш Мария суп сварила!
– Мария? Оля улыбнулась. Ладно, не стесняйся. Меня радует, что ты нашёл ту, кто по-настоящему.
А к мадам? не стала допрашивать. Ушла с этим вопросом.
Пришла к той, увидела, как мужик кричал:
– Не дам! Снова напьёшься Пошёл работай, дармоед
Оля молча ушла. Звонок в другой раз. Опять вспомнила те разговоры. Ничего, мадам искала плечо и нашла хуже. Не прошла обида, но стало понятно.
Если бы не те ссоры, Оля бы обрела свою любовь. Но теперь у неё Москва, карьера, всё станет.
Родители, иногда, слишком погружены в свои проблемы, не слыша, что дети слушают каждое слово. И строят свою жизнь не в пример, а как-то по-другому.