Никто сразу не разобрался, откуда она взялась. Маленькая девочка лет шести стояла на московской улице, в белом нарядном платье, будто только что с детского утренника.
Прохожие замедляли шаг. Кто-то предложил купить лимонад, кто-то позвонить в опеку. Девочка казалась ухоженной, непохожей на беспризорницу. Но молчала, пока не прошептала:
Я слышала голоса
Это встревожило людей. В конце концов, кто-то вызвал милицию.
Через четверть часа подъехал старший сержант молодой, но с потухшим взглядом. Он присел на корточки рядом с девочкой, заговорил мягко:
Как тебя зовут, солнышко? Где твои мама с папой? Почему ты одна?
Девочка подняла на него глаза и тихо ответила:
Голоса велели мне уйти.
Какие голоса, лапочка?
Милиционер похолодел, услышав её слова.
Я не видела их. Стояла за дверью Сперва был грохот. Потом голоса сказали: «Убегай. А то станешь покойником.»
Она замолчала, затем спросила:
Дядя, а кто такой покойник?
У сержанта кровь застыла в жилах.
Где ты живешь? выдавил он, стараясь не дрогнуть.
Девочка молча указала на дом в конце переулка. Обычный московский особнячок с палисадником. Тихий, аккуратный, с наглухо задернутыми шторами.
Сержант вошёл. Дверь была не заперта.
Сделал пару шагов и замер.
В гостиной на полу лежала женщина. Лицо белое, как мел. Дыхания нет. Пульса тоже. Всё стало ясно без объяснений.
Позже выяснилось: отец девочки, Игорь Петров, в пьяном угаре забил жену насмерть. Услышав её крики, девочка Анечка подбежала к двери, но не вошла. Тогда отец, сквозь безумие и страх, прохрипел:
Уходи. Беги. Сейчас же.
Он пытался уберечь её от страшного зрелища. Не знал, что она всё равно всё поймёт.
Она ушла. Одна. В белом платьице. На улицу к незнакомым людям, чтобы её услышали.
И спаслась. От родного отца, который должен был её защищать.