**Несвоевременная любовь**
Анфиса заглянула в комнату матери, та казалась спящей, и девушка уже хотела прикрыть дверь.
— Анфиса, — слабо позвала мама.
— Да, мам? — Девушка снова зашла. — Я думала, ты спишь. Тебе что-то нужно? Я хотела с подругами ненадолго выйти.
— Иди, я отдохну, — ответила Ольга и закрыла глаза. Даже это далось ей с трудом, веки будто налились свинцом.
Анфиса, облегчённо вздохнув, поспешила собираться. За месяцы маминой болезни она привыкла двигаться бесшумно. Даже по лестнице спустилась неслышно. У подъезда ждал одноклассник Витька Соболев.
— Что так долго? — вместо приветствия буркнул он.
— Грела маме суп. Куда идём? — Анфиса виновато улыбнулась.
— Она всё ещё не встаёт?
— Да, только уснула. Ненадолго, ладно? Вдруг ей что-то понадобится, — попросила Анфиса.
— Ничего, поспит — легче станет, — махнул рукой Витька.
Девушка закусила губу. Она никому не говорила, чем больна мать. Не хотела жалости, пересудов в школе.
— Дождь начинается, — Витька понизил голос. — Пошли к Лёхе, у него родители на даче. — Он обнял её, потянулся для поцелуя, но Анфиса резко отстранилась.
— Ты что? Увидят же.
— Кто? Мать-то спит. Ну так пойдём?
Девушка заколебалась. В прошлый раз у Лёхи Витька вёл себя навязчиво. Он ей нравился, но слишком торопился.
— Фильм новый скачал, — встретил их Лёха, хихикнув при виде пары.
Витька скинул кроссовки и прошёл за ним. Анфиса стояла в прихожей, чувствуя, что пора уходить, но домой возвращаться не хотелось.
Она вошла в комнату, села рядом с Витькой. Тот сразу закинул руку за её спину. Лёха принёс пиво. Анфиса отказалась, и Витька взял её банку.
Фильм увлёк её, но она вздрогнула, почувствовав горячую руку под кофтой.
— Больно! — вскрикнула она.
Витька ослабил хватку, но не отпустил. Лёхи в комнате не было.
— Анф, ну прости, — пробормотал Витька.
— Ты же обещал!
— Да ладно, не дёргайся, будто впервые. Я же люблю тебя.
Он сказал это впервые, и Анфиса не смогла оттолкнуть его. Но его поцелуи пахли пивом, руки стали грубыми.
— Не надо, мне пора… — она упёрлась ладонями в его грудь.
Витька вдруг схватил её и повалил на диван. Анфиса изо всех сил дёрнулась, ударила коленом между ног.
— Ах ты… — он сквозь зубы выругался.
Девушка вырвалась, схватила обувь и выбежала, едва справившись с замком.
— Ну и катись! — донёсся вслед голос.
На улице Анфиса остановилась, дрожа, надела кроссовки. Как она могла ему поверить? Мать больна, а он…
Дома она долго умывалась, стирая с кожи его прикосновения. Сидела в темноте, думая: что будет, если мама умрёт? Останется одна. Через два месяца ей восемнадцать — алименты от отца прекратятся. Даже на выпускное платье денег нет. Но всё это мелочи, лишь бы мама поправилась.
О том, что у матери рак, Анфиса догадалась сама. Набрала в интернете названия её лекарств — и всё стало ясно.
Телефон завибрировал: «Прости» от Витьки. Она проигнорировала. Сообщения сыпались: то извинения, то ругань. Анфиса выключила телефон.
Перед сном заглянула к матери.
— Мам, спишь?
Ольга с трудом открыла глаза.
— Воды? Или в туалет?
Та едва покачала головой.
Утром грохот разбудил Анфису. Она влетела в комнату — мать, дрожа, пыталась встать, держась за кровать.
— Зачем ты?! — Анфиса подхватила её, поразившись, как та исхудала.
— Думала, справлюсь… — Ольга дышала, словно пробежала марафон.
— Сейчас чаю принесу.
Мать сделала пару глотков. Она почти не ела последние дни.
Анфиса решила уйти с последнего урока — не хотелось видеть Витьку. Но когда вернулась, мать лежала без движения. Девушка дотронулась до её плеча — и всё поняла.
Выбежала к соседке. Та, взглянув на её лицо, сразу догадалась. Вызвали «скорую», потом ждали похоронщиков.
Родители одноклассников собрали деньги. Похороны организовали мамины коллеги.
Анфиса жила как в тумане. В гробу лежала чужая женщина — она запомнила маму другой.
Разбирая вещи, нашла тетрадь. Несколько страниц, исписанных маминой рукой. Без дат, обрывки воспоминаний.
*…Сколько мне было, когда я встретила Артёма? Года на два младше нынешней Анфисы. Фамилия его меня поразила — Дубровский. Спросила, не родственник ли пушкинского героя? Он скромно ответил, что однофамилец. Слишком рано мы встретились. Он был старше на семь лет, казался таким взрослым. А я не понимала, что это любовь. Настоящая. Он ничего не требовал. Да и что я могла ему дать? Глупая была, упустила счастье. Так бывает, когда любовь приходит не вовремя…*
Текста было много. Мать писала о неудачном браке, о тоске по Артёму.
*…Теперь эта болезнь. Дали два месяца — прожила почти два года. Но силы кончились. Бедная моя девочка, останется одна…*
Анфиса рыдала. Она нашла фото: на обороте — «На память. Артём». Поискала в соцсетях — сотни однофамильцев. Написала тем, кто был похож.
Через две недели пришёл ответ от парня: «Это мой отец. Он умер полгода назад».
Она дала номер, но звонка не дождалась.
Перед экзаменом в дверь позвонили. На пороге — незнакомец.
— Тебе кого? — насторожилась Анфиса.
— Тебя, если ты Анфиса. Можно войти?
Он представился — Максим, сын Артёма Дубровского.
— Зачем искала отца?
— Мама писала о нём перед смертью. Хотела узнать… любил ли он её.
— Отец умер от инфаркта, — сказал Максим. — Но— Может, и любил, — тихо ответил Максим, глядя на старую фотографию, — но теперь у тебя есть я, и мы напишем свою историю.