«Хоть тут нормально поем, а не твою дрянь!» прошипел мужчина у шведского стола. Но мой ответ на его тарелке заставил его побледнеть.
Те, кто давно в браке, знают: мужчины бывают двух типов. Одни едят всё, что приготовишь, и ещё спасибо скажут. А другие как мой Валерий. Для него любое моё блюдо повод покритиковать.
Все тридцать лет нашей совместной жизни я слышала одно и то же: «Опять суп пересолен», «Картошка недоварена», «А вот у моей мамы котлеты были воздушные, не то что твои подошвы». Ну просто клад, а не характер!
Честно говоря, я уже начала думать, что у меня руки не из того места растут. Я же старалась, подружки, как сумасшедшая! Покупала кулинарные книги, смотрела передачи про готовку.
Готовила ему и жульены в кокотницах, и утку с яблоками на Новый год, и борщ по три часа варила. А в ответ вечно кислая мина и сравнения с его покойной матерью.
В последние годы добавилась ещё одна проблема. Из-за лишнего веса у Валерия начались серьёзные проблемы со здоровьем: давление скачет, холестерин зашкаливает.
Врач, старый и строгий, сказал ему прямо: «Валерий Петрович, ещё один такой приступ и можете не подняться. Ни жареного, ни жирного, ни солёного. Диета иначе никак». А кто, как вы думаете, следил за этой диетой? Правильно я.
Готовила ему всё на пару, тушила без масла, солила прямо в тарелке. А в ответ слушала ворчание, мол, моришь голодом, кормишь травой. Ну надо же такое терпеть!
Когда мы собрались в отпуск, в отель с системой «всё включено», я, не скрывая, вздохнула с облегчением. Думала, наконец-то отдохну и от плиты, и от критики. Пусть ест что хочет, сам увидит, что ресторанная еда не всегда лучше домашней. Как же я ошибалась
С первого же дня отдых превратился в гастрономический ад. Увидев шведский стол, Валерий потерял голову. Он ходил между блюдами, как голодный волк.
Его тарелка каждый раз выглядела как архитектурный шедевр снизу жирный плов, на нём люля-кебаб, сбоку салаты с майонезом, а сверху ещё и кусок пиццы.
Я осторожно напоминала:
Валера, врач же говорил давление помнишь, как тебе плохо было в прошлом месяце?
А он только отмахивался:
Не ной, женщина! Я в отпуске! Заплатил деньги ем что хочу! От твоих диетических помоек хоть тут отдохну!
И вот сидит он напротив, чавкает так, что весь зал слышит, уплетает всё подряд, а я тихонько ковыряю листок салата, чувствуя себя сиделкой при живом муже. И смешно, и грустно.
Так прошли дни. Он ел, я молчала. Он хвалил поваров, я молчала. Рассказывал сыну по телефону, как «отъедается за все годы», а я только зубы сжимала. Но однажды вечером терпение лопнуло.
Мы ужинали. Я взяла немного овощей и кусочек куриной грудки. А Валерий, как всегда, притащил гору еды, от одного вида которой у меня скрутило живот.
Смакуя жирную баранину, он закатил глаза от удовольствия и, не прожевав, сказал:
Вот это я понимаю еда! Сочная, пряная, настоящая! Хоть тут нормально поем, а не твою пресную дрянь!
Подружки, я в тот момент чуть вилку не уронила. Тридцать лет у плиты, забота, диеты а в ответ «дрянь»!
Вся обида за эти годы всплыла, как волна. Я еды